Она чуть разжала пальцы и спросила, приблизив к моему лицу свое — в синеватых кровоподтеках:

— Может, передумаете?

Я оттолкнула ее, собрав все силы, но не удержалась и кувыркнулась через край могилы, опять рухнув на кости несчастной вилланки. Что-то снова кольнуло в бок, и я вспомнила… Отрубив голову покойнице, Балдред вогнал ей между ребер осиновый кол.

Мелисента оперлась о каменный край, насмешливо поглядывая на меня сверху вниз.

— Мне искренне жаль, Кирия, — сказала она с сожалением. — Мы с вами сестры по крови, и я надеюсь…

— Мы не сестры, — ответила я. — И если ты отравила меня своей гнилью, это не значит, что я соглашусь гнить вместе с тобой.

— Какие слова, — протянула она, качая головой, и упала на меня сверху, клацая зубами.

Она навалилась на меня всем телом, но это только сыграло мне на руку, потому что осиновый кол, который я успела выставить перед собой, вошел в плоть ведьмы, как горячий нож в кусок сливочного масла.

Мелисента вскрикнула, подалась назад, но я схватила ее за волосы, притягивая поближе, а потом подминая под себя и усаживаясь на нее точно так же, как она на меня в замке Теней.

— Проклятый кол, — Манила засмеялась, и в груди у нее что-то забулькало. — Как я могла про него забыть…

— Никуда не уходите, — сказала я ей. — Я за ножом.

Наступив на ведьму, чтобы не сбежала в последний момент, я перегнулась через край гроба и достала кинжал.

— Голову тебе все-таки придется отрезать, — сказала я, приставляя лезвие к шее ведьмы.

Лицо Мелисенты уже исказила предсмертная судорога, если упырь может умереть, но губы кривились в улыбке."

"— Думаете, мне страшно? — прохрипела ведьма. — Ничуть! Я счастлива! Мои мучения закончились. А вы… Теперь вы — Синезубая невеста! Мой привет Чеду и вашему разлюбезному Рэнделу! Загрызите их нежно!..

Глаза ее потускнели, но она до последнего вздоха смотрела на меня, а прежде, чем затихнуть окончательно, прошептала: «Blatanta brud, syster…».

Довольно долго я провозилась, отпиливая ей голову. Перерубить позвонки оказалось делом сложным, но я справилась. Держа голову Мелисенты за волосы на макушке, я встала на край гроба и выглянула из склепа.

Прямо у края могилы стояла Варла. Когда я показалась, она отшатнулась, глядя с опаской. Я помахала ей рукой, чтобы не волновалась.

— Что с колдуньей? — спросила свекровь, наблюдая, как я выбираюсь из могилы, но не делая ни шага, чтобы мне помочь.

— Все прекрасно, — заверила я. — Принесла тебе подарочек. Получи.

Я с такой силой метнула отрезанную голову Манилы в грудь Варле, что старуха не удержалась и села на землю, испуганно выронив страшный подарок. Правда, она тут же вскочила, отряхивая плащ, и достала припасенную кожаную сумку, чтобы спрятать туда отрезанную голову.

— Сама цела? — спросила она у меня без особого интереса.