Чем же так очаровала святую леди Сомарец? Своей набожностью и праведностью?

— Но настоящее имя наследницы было не Сомарец. Это — искаженное Сан-Морис, — глухо ответила свекровь."

"— Сан-Морис? Но ведь так называют тех, кто пришел из святой земли? — я уставилась на Варлу широко распахнутыми глазами. — Святая земля! Мелисента отправилась в Святую землю вслед за третьим сыном сэра Балдреда. А может, они сбежали туда вместе. Так… — я быстро сосчитала по пальцам, — значит, сын леди, которая унаследовала Тридуане, мог быть праправнуком сэра Балдреда! Ты об этом?

— Более того, — Варла говорила нехотя, — у моей свекрови был при себе перстень, который мы звали «Ворон». На агате — изображение ворона. Это герб герцога Балдреда. Сомарец взял гербом волка, потому что прославился, как непревзойденный охотник на волков.

— Значит, — я вскочила и в волнении заходила по комнате, — леди Сан-Морис была не просто сторонней в этой истории. Она приехала в Баллиштейн, но что-то заставило ее скрывать имя и искать покровительства у Тридуаны. И Тридуана попросила аббата Амбросия записать историю о Синезубой Невесте. В назидание потомкам! Хотя у нее не было потомков, это мы точно знаем. Похоже, она старалась для сына леди Сан-Морис. И теперь понятно поведение Мелисенты. Она мстит всему роду Балдреда вот уже второе столетие. Что же произошло в Святой земле? Ясно, что леди спасала сына от мести, — я остановилась, припоминая всё, что говорила мне Манила. — Она ненавидит Балдреда до сих пор. И всех его потомков… Она не успокоится, пока не отомстит всем им.

— И она уже близка в победе, — сказал Варла с нехорошей усмешкой. — Мой сын — последний из Сомарецов. И у него нет наследника.

— Есть еще Рэндел, — напомнила я ей. — Их двое. Сомарецов.

— Мой муж не признал бастарда, — заявила Варла, и мне стоило огромных трудов, чтобы не надавать ей пощечин за такое высокомерие.

Но Рэндел пропустил слова старухи мимо ушей.

— Если Манила и Мелисента — одно лицо, — сказал он, — то мы знаем, где ее искать?

— Где? — спросила я, и все трое посмотрели на меня с насмешливым удивлением.

— В Мерсингтонских болотах, конечно, — ответила свекровь. — Там, где был склеп Мелисенты, возле Вороньей крепости. Скорее всего, там она и прячется сейчас. Пока зализывает раны.

— Пойдем туда сейчас же, — объявил Рэндел, хлопнув себя по коленям и поднимаясь из кресла. — Доберемся за два часа, если поедем по объездной дороге, мимо церкви.

Чед поддержал его решительным рычанием, но Варла приказала:

— Ты остаешься здесь. Мы не имеем права рисковать королем. Волк вздыбил шерсть, но свекровь даже глазом не моргнула.

Зато я посмотрела на нее, стискивая зубы. Рэнделом она решила рискнуть от души, а он был этому только рад — вон, сколько воодушевления на физиономии.