Для аристократии Корции я уже королева, и то, что ещё не проведена церемония, не отменяет этого.

— Надо же, как быстро подсуетились — подумала я, слушая, как каждая делегация использует свой язык, намеренно отделяя себя от Ганзы и Любека.

Хорошо, что с Гронингенцами я встретилась ещё накануне. Мы обсудили с ними договор по охране морских путей во всём морском пространстве, принадлежащем Корции. Теперь любой торговый корабль должен был уплатить охранную пошлину, прежде чем выйти в море. Каждому кораблю в сопровождение выделялся корабль Гронингена, который и обеспечивал безопасность.

Во время разговора с капитанами я выяснила, что за время «пиратской операции» погиб только один человек, и то по собственной глупости, все остальные были отвезены вместе с товарами на Гронинген, где, пока шло разбирательство с Ганзой, отрабатывали своё временное содержание. А что, земли у Гронингена много, а людей мало.

Было решено, что после подписания договоров Гронингенцы дадут возможность вернуться тем, кто захочет. Это принесло мне огромное облегчение, потому как я очень переживала за возможные жертвы этой «экономической войны».

Посольство Данцига всё-таки тоже приехало несмотря на то, что они ""держались"" дольше всех. Оказалось, что их король боялся, что из-за расторжения Ганзейского договора, ему станут недоступны флюгшип и остальные технические новшества. Но когда к нему пришли представители торговых гильдий, то стало понятно, что у него только один вариант, выходить из Ганзы и подписывать торговые соглашения с Корцией.

Все посольские грамоты были приняты, разрешения выданы. Теперь надо было обсудить договоры и готовиться к коронации. Кстати, всем послам передали приглашения для их королей.

* * *В день свадьбы Ивана и Канвы я решила отложить все дела, тем более что уже и Катрина начала на меня обижаться, что я слишком рано ухожу и слишком поздно прихожу и совсем перестала рассказывать ей сказки. Я пообещала сестре, что в день свадьбы мы будем наряжаться и помогать Канве.

Когда Катрина проснулась, я уже была в её комнате, — вставай, соня — ласково сказала девочке"

"— Я не Соня, я Катя — Катрине очень нравилось, как я её называла. Мне тоже было приятно звать её Катей на свой земной манер, так казалось, что я ещё помню, как это было там на Земле, откуда я так неожиданно для себя переместилась в тело графини Градиент.

Пришлось объяснять — соня, это тот, кто много спит, и поторопить — так что Катюша вставай и пошли будить Канву.

Канву мы нашли в совершенно взъерошенном состоянии, вот не знаю, это так у всех невест предсвадебная лихорадка начинается, или только у некоторых? У меня что, тоже так будет?

Канва заявила, что, наверное, это ошибка и она не должна портить жизнь Ивану.