"

"— Иза, любимая, прости, я не сдержался — начал оправдываться это «аристократ»

— Не прощу, если ты не перестанешь нести эти глупости с оправданиями — гладя его по спине и прижимаясь носом к груди, отчего у Фредерика вырвался стон, — я сама захотела и сделала, у тебя не было шансов отказаться, дурачок.

* * *С утра на завтраке барон, как мне показалось, особенно строго разговаривал с Фредериком, а потом, когда мы уже выходили грузиться в кареты, чтобы отправиться в столицу, экономка вынесла какой-то свёрток, который передала Фредерику и тот его, с величайшей осторожностью, упаковал в небольшой сундучок, который прикрепил к своему седлу.

Мы ехали в столицу. Впереди была коронация. Надеюсь, меня там ждут приятные хлопоты, по крайней мере, я была уверена, что радостным событием для меня станет свадьба Ивана и Канвы, но я ещё не знала, что в столице меня ждёт ещё одна встреча, с тем, с кем я бы предпочла больше не встречаться…

Глава 22. Сорванная церемония

В замке герцогини жизнь кипела. Всё сверкало и украшалось. Шли приготовления к свадьбе. Оказалось, что пришло письмо от брата Канвы. Письмо пришло в ответ на письмо, которое я писала ему, рассказывая о том, что сестра его жива и её освободили. В письме брат звал Канву вернуться в Панчалу. Иван с Канвой решили почти сразу после свадьбы и моей коронации плыть в Панчалу. И теперь я за Канву была спокойна.

Тем более что поедет чета Горевых не с пустыми руками, а в сопровождении нового посольства Корции с документами об освобождении Панчалы от колониальной зависимости. Посол также повезёт договоры на поставки и сотрудничество с правящим домом Панчалы, а Канва внесёт свою лепту и вернёт императорские камни.

Я хотела съехать в свой дом, где пока жила Канва, но герцогиня так обиделась на это, что пришлось и мне, и барону Туйскому с Катриной остаться в замке Горевых. Глядя на Фредерика, который никак не мог оставить меня и всё оттягивал момент, когда ему уже надо будет уехать, как того требовали правила приличия, герцогиня сразу заметила перемены во мне и Фредерике.

— Иза, — в свойственной ей саркастичной манере, спросила герцогиня, когда Фредерик наконец-то уехал, — не поторопиться ли и тебе со свадьбой? А то маркиз так светится, что я волнуюсь…

— Не стоит, Софи, даже если и есть повод волноваться, всё будет в срок — я уже научилась понимать её завуалированные вопросы

Герцогиня притворно ахнула — Иза, ты о чём?

— Я о том, — улыбнувшись разъяснила, — что сначала коронация, а потом свадьба, а вы о чём?

Герцогиня расхохоталась! На том и «закрыли» тему «светящихся» маркизов.

Через день после возвращения нам пришлось ехать на Совет, который ждал только меня, чтобы принять послов стран бывшего Ганзейского союза.

Встречу организовали во дворце, в большом зале.