- Хорошо, - голос Адама. – Ты уверен?

- Да, - твердо бросает Ян.

- Кто она?

- Анна Новак, - четко слышу.

И мне этого достаточно. Эд не солгал.

«Яну с любовью… От Анны», - дорисовывает воспаленный мозг. А заодно подленько подкидывает картинки из той ночи. Нашей единственной ночи.

Прикрываю рот рукой, чтобы не издать ни звука и не рассекретить себя. Отхожу бесшумно.

В конце концов, какое право я имею лезть в планы Яна?

Решил жениться? Пусть! Вот только от своей части наследства я так просто не откажусь. Да, это единственное, что меня волнует сейчас.

Только деньги. Да. Исключительно!

На личную жизнь брата мне плевать. Плевать!

Рухнув в постель, утыкаюсь лицом в подушку. И реву. Не понимаю, почему на меня нахлынули вдруг эмоции, и не знаю, как совладать с ними.

Шелковая наволочка покрывается пятнами от моих слез. А я продолжаю всхлипывать.

Что за бред!

Он же брат мой. Пусть женится!

Разве я должна плакать из-за этого?

Брат!

Почему так больно, черт возьми!

Рывком поднимаюсь с постели, яростно стираю слезы с щек. Выскакиваю из комнаты и, наплевав на то, что меня могут увидеть, прямо босиком бегу по ступенькам наверх.

Врываюсь в комнату Эда. Ослепленная яростью, даже не смущаюсь, когда вижу его - полуобнаженного после душа, с полотенцем на бедрах.

Только инстинктивно пару шагов назад к выходу делаю. Страхуюсь.

Стоя на пороге, негромко, но уверенно выплевываю:

- Я согласна на твою сделку.

Глава 21

Полторы недели спустя

Доминика

В сотый раз заглядываю в подарочную коробку, где находится безумно дорогая статуэтка в виде двух близнецов, сидящих спинами друг к другу и объединенных одним сердцем из красного рубина.

Единственное, на что хватило моей фантазии. И денег с карты Врагова. Муж сестры будет в ярости, когда увидит счет. Он и так меня недолюбливает… Вся надежда на Дану. Она, в отличие от меня, умеет сглаживать углы.

Вздохнув, провожу пальцами по статуэтке, стирая невидимую пыль. И закрываю коробку. Надеюсь, Адаму понравится подарок. Или он хотя бы сделает вид...

Поднимаю голову, читаю название ресторана на польском, рассматриваю завитушки на буквах, в целом оцениваю фасад.

Тяну время.

Левицкие давно внутри. В полном составе. Я же опоздала, потому что носилась по сувенирным магазинам, потом брала вечернее платье напрокат (не покупать же ради одного выхода в свет), а еще… просто пыталась отсрочить неизбежное.

Где-то позади слышится гул двигателя и звук тормозов. Вдруг приехал кто-то еще из опоздавших гостей Адама? А я нерешительно топчусь на крыльце. Глупо.

Не оглядываясь, поднимаюсь по лестнице. На уровне второй ступеньки путаюсь в длинном изумрудном платье.