Самому тоже хочется сбежать, но мне предстоит разгребать ошибки молодости.

— Давай так, я закрываю глаза на твои косяки, а ты — на мои, — предлагает мне Марьяна. Уже пьяная. Похоже, начала еще в самолете. — Я никуда не еду и остаюсь с тобой.

— Какое одолжение, — усмехаюсь. Мне действительно смешно. Она откровенно разводит ноги, демонстрируя мне свои трусики. Не заводит, как раньше, даже учитывая то, что у меня давно не было женщины. Отвратительно. Притронусь к ней — больше испачкаюсь. Попробовал чистую девочку и уже не хочу окунаться в грязь.

Снова подъезжаю к ней близко, Марьяна призывно ухмыляется.

Хватаю за пиджак и резко притягиваю к себе. Облизывает губы, полагая, что я, как всегда, купился.

— Ты тварь такая, поила мою дочь снотворным, чтобы сбегать по ночам к своим фотографам, пробивая себе дорогу в Европу через свои распахнутые ноги, — сквозь зубы проговариваю я ей в лицо.

— Я не…

— Заткнись! Я не закончил! И все это в то время, когда я валялся в больнице. Даже не хочу знать, какой длины мои рога и как долго я их ношу. Просто скройся из нашей с Валерией жизни. Я оставлю тебе эту квартиру, машину и сумму денег, пока не найдешь себе очередного лоха, — а ведь я хотел по-хорошему, но задыхаюсь от ярости, смотря на эту женщину.

— Что?! Я никогда не дам тебе развод! — шипит мне в лицо, цепляясь за мои руки, пытаясь их оторвать от себя. Но я сильнее.

— Дашь! Иначе я сделаю все, чтобы опустить тебя на дно. Поверь, ресурсов у нашей семьи хватит. Хочешь рискнуть? — выгибаю брови и морщусь, когда ее ногти впиваются в мои ладони. Но мне не больно, эмоции захлёстывают так, что я не чувствую ничего, кроме злости.

— Но я люблю тебя, — так фальшиво пищит она, моргая наращенными ресницами.

Вот-вот заплачет. Отпускаю, отталкивая от себя, вынуждая вжаться в кресло. Отъезжаю назад. Хочется вымыться. — Может, я и совершила ошибки, но… — закрывает лицо руками, начиная рыдать. Точнее, пытается сыграть жертву.

— Браво! — хлопаю в ладоши. — Хороший спектакль. Но дешёвый. Не верю, милая. В нашем браке было все что угодно, только не любовь. Ни с твоей стороны, ни с моей.

— Как ты смеешь так говорить? — всхлипывает, открывая лицо. И правда плачет. Либо хорошо вжилась в роль, либо это алкоголь в ней плачет.

В принципе мне плевать. — Я родила тебе дочь! — уже кричит. Берет бутылку вина, выливает остатки и выпивает почти залпом. Глубоко вздыхаю, пытаясь взять себя в руки и поговорить спокойно.

— За дочь спасибо. Это единственное искреннее и чистое, что между нами было. Хотя ты забеременела специально. Но я даже рад. Валерия смысл моей жизни. В благодарность я оставлю тебе квартиру, машину и счет на хорошую сумму. Это все, что я могу тебе дать. Давай расстанемся тихо. Не задевая чувства нашей дочери. Жить она будет со мной.