Что, если она права? Поддерживая обиду, раз за разом возвращаясь к старому, она, Таня, не даёт себе нормально жить? Цепляясь за прошлое, закрывает дорогу настоящему и будущему?

Простить…"

"Если так рассуждать, то обидится ли человек, допустим, на ветку, когда она на него упадёт? Или — на внезапно отключившееся электричество, из-за чего пропадут важные файлы? Или — на старушек, сидящих на лавочке возле дома и перемывающих кости прохожим? Нет, конечно! Ветка и электричество не могли предотвратить своё падение и отключение, они сделали это неосознанно, не специально. Обижаться следует только на себя — сам пошёл под деревом, сам не сохранил файлы. Неприятно, когда кто-то говорит о тебе гадости. Но, если посмотреть с другой стороны — кто тебе эти старушки? Разве, тебе важно их мнение? Нет. А, раз мнение неважно, то, какой смысл тратить силы, трепать нервы и обижаться?

Татьяна выпрямилась.

Важно ли ей мнение Кирилла? Раньше, да, было очень важно. А теперь?

И поняла — ей всё равно.

И улыбнулась — спасибо, тетя Наста! Действительно, зачем тащить с собой ворох прошлых обид и проблем, наживая грыжу и комплексы? Она не хочет мести, возмездия, кровь за кровь. Кирилл дал ей Игната и Дашу, за одно это можно простить ему всё остальное.

Женщина пригладила волосы, расправила платье, провела носком тапочки по половику.

Луна, ведь, на самом деле — это просто! Стоило ей только понять, что мнение Кирилла для неё больше не имеет значения, как легко и светло стало на душе. Дёмин её осудит, если она позволит себе стать счастливой? Плевать. Это — её жизнь, и Кириллу в ней больше нет места. Временная жена не держит на него зла и обиды, наоборот, от души желает ему найти свою судьбу и жить так, как он мечтает.

Ей надо растить сына и дочку и заново учиться радоваться и доверять. И, может быть, Луна будет к ней благосклонна и позволит не только встретить свою судьбу, но и не пройти мимо?

Глава 26

Позвонил Верховный и спокойно, но твердо поведал, что Татьяна уехала с детьми в гости, поэтому Василине не нужно приезжать.

Ещё и Кирилл вернулся из поездки, как в воду опущенный.

Рассказал лишь, что видел детей, что, да — щенки — вылитые родители.

Нет, подержать на руках не успел, щенки спали. Пока ждали, на него наехал новый альфа, пришлось отвечать.

Ничего не успели, только парой фраз обменялись — налетел Верховный, расплющил физически и морально. И запретил приезжать на хутор до тех пор, пока Татьяна не позовёт.

— Она не позовёт, — горько проговорила Василина. — Меня, вроде, ничего встретили, но рано радовалась. Ты съездил, и всё переменилось. Говорил что-то? Татьяне?

— Объясняю — ничего не успел. Мы наедине ни секунды не были, всё время под присмотром, как преступник какой.