Сволочь никак не хотел поддаваться. Но против отчаянно настроенной женщины любые крепости падают. Потому и он был беспощадно разодран.

Музыка стихла, я вскинула голову, понимая, что меня могут проверить перед сном. Я взяла облако связанных лент, и перенесла его в ванную комнату, бросив на пол. Никто не должен видеть, чем я тут занимаюсь. Постель заправила покрывалом. Разгладила складки. Поправила подушки. Потом метнулась в ванную комнату и набросила поверх рубашки и жилета халат, вступила в тапочки. Чем не девица готовая ко сну? И как раз вовремя. Все этот же неизвестный мужчина принес мне ужин. Поставил его на резной столик у окна под моим темным взглядом, еще раз осмотрев мою комнату, он пожелал мне крепких снов и удалился.

Пить побоялась, мало ли меня могли усыпить. «Крепких» снов мне было не нужно. Поэтому я вылила содержимое стакана в цветочный горшок. Легкие закуски и овощной салат с морепродуктами, который очень любила, съела, не зная, когда в следующий раз смогу поесть. А потом продолжила готовиться к побегу.

Спустя пару часов я закончила, выключила свет и села в кресло. К двум часам ночи особняк погрузился в тишину. Думаю, что все слуги уже спят. А вот тишина в комнате в конце коридора удивила меня. Неужели сегодня не будет «концерта»? Но не о том я думаю. Теперь пришло время сделать свой ход. Перестать быть жертвой.

Я открыла окно, перевесилась через край. Никого не было в периметре особняка. Я поспешила в ванную комнату, сбросила там халат и тапочки, зашнуровала удобные сапоги на небольшом каблуке. Вернулась в комнату и сбросила облако связанных лент на пол, отыскала конец и привязала его к широкой резной ножке кровати. Подергала и завязал еще несколько узлов. Снова перевесилась через подоконник и сбросила «кучу» вниз. Ленты распрямились, образуя своеобразный канат. Я подергала свою нехитрую конструкцию. Перевела дыхание и с бешено бьющимся сердцем залезла на подоконник.

«Кинематограф моего мира мне в помощь!»

Я развернулась спиной, вспоминая, как командос из известных блокбастеров легко это делали, а потом чуть не выругалась.

«Точно! Надо перевязать руки. Может это и не веревка, о которую можно «обжечь» руки, если быстро заскользить по ней, но и рисковать точно не стоит».

Как поведет себя мой «канат», я не знала. Снова спрыгнула на пол, сердце уже стучало где-то в горле. Страх подгонял меня. Схватила остатки материала, что спрятала под матрас и обмотала руки. Теперь точно все! Встала спиной к пропасти, мертвой хваткой вцепившись в ткань, обмотала конец вокруг пальцев, чтобы контролировать скольжение. Я смогла переселить собственный страх и выйти спиной вперед, две ноги уперлись в серый камень особняка. Тело зазвенело от напряжения, мышцы в теле стали каменными.