Сейчас он был под открытым небом, ему некуда было пойти. Он видел, как вокруг все потемнело, он слышал нарастающие раскаты грома.

Каждый раз, когда раздавался гром, он становился все сильнее, он как будто приближался. Хейке казалось, что кто-то большой и опасный очень сильно рассердился на него.

Вдруг небо раскололось надвое яркой вспышкой. Его глаза, отвыкшие от яркого света после долгих лет в клетке, сильно заболели. Он глядел, как небо освещается странным светом, извилистые полосы пересекали его в разных направлениях, потом снова раздавался такой гром, что ему приходилось зажимать уши. Он попытался заползти в какую-то расщелину.

Хейке был напуган. Хотя он боялся и людей внизу, в деревне, он все же решился спуститься немного пониже. Только на следующий уровень над дорогой. Там он сел, как маленький тролль, сжавшись и сверкая желтыми глазами в сгущающейся темноте.

Он вздрогнул. По дороге кто-то шел. Хейке увидел много, много людей. Они должны были пройти как раз рядом с ним. Хейке еще больше сжался в своем убежище. Он не решался выйти наружу, хотя и почувствовал себя лучше. Он больше не был один на один с большим злым небом.

Как же их много! Он никогда не думал, что может быть так много людей.

Впереди шли два человека в нарядной одежде. В их руках Хейке увидел красивые дощечки. Дощечки, сложенные поперек друг друга. Дощечки красиво блестели.

За ними особняком шел человек, одетый в черное и красное. На его голову была надвинута странная шляпа так, что выступал только рот, а сквозь щелочки в этой шляпе было видно его глаза. Хейке испугался его, такой он был неприятный.

За ним шли все остальные люди. Они направлялись наверх к тому странному сооружению на вершине холма. Черные птицы отлетели к деревьям.

В потоке людей двигалась лошадь с телегой. Это была обычная открытая телега, на которой стоял одинокий человек с завязанными за спиной руками.

Люди бросали в него камнями. Они плевались в его сторону! В сторону Сёльве! Они не должны так делать!

На глазах Хейке навернулись слезы. Он не хотел видеть Сёльве униженным. Это казалось… неправильным. Сёльве был самым сильным в мире. Никто не был сильнее и опаснее, чем он.

Они не смеют так обращаться с ним!

Чем ближе они подходили к висельному холму, тем сильнее нарастало в Сёльве чувство триумфа. Он живо представлял себе, как заколдует толпу и все увидят рассыпающуюся виселицу. Эшафот оказался даже больше, чем он ожидал, это будет красивое зрелище. Прекрасно, прекрасно! Так и будет!

А потом все ужаснутся, перекрестятся и отпустят его. А он будет мстить. Он еще не знал точно — как, но это его не смущало. Сёльве был способен на любую месть.

Он уже начал предвкушать удовольствие.

Ему в голову пришла другая мысль, стеревшая улыбку с его лица.