Он не был красавчиком — лицо портил слишком тяжелый подбородок, крупноватый нос и небольшой шрам на скуле, который, если верить масс-медиа, не был единственным на теле сенатора, и появился, когда еще молодой Ронни участвовал в боевых действиях против пиратов Вольных Секторов, с которыми Содружество вело нескончаемые войны. Вот такой он, обычный народный герой, защитник прав и интересов простого народа.

Алекс в ожидании аудиенции пялился то на сенатора, то на достоинства его ассистентки. Последнему занятию мешали прошмыгивающие мимо сотрудники офиса, которым дама выдавала ценные указания.

Выражение, с которым указания принимались к исполнению, выдавали, что ассистент — это вам не секретарша. Женщина обладала здесь определенной властью. Китиарку же интересовали совершенно другие материи. В очередной момент затишья, пока в приемной никого не было, она встала, подошла к фигуре сенатора, но вместо того, чтобы пожать протянутую руку, наклонилась и подняла из-за нее смятый в комок разноцветный листок, по всей видимости, рекламную листовку.

— Что, сильно достаёт? — Тайни протянула бумагу ассистентке, и та быстрым движением выкинула улику в утилизатор.

— Не подумайте, — со смущенной улыбкой произнесла Сьюзен, — он замечательный руководитель. Просто даже самого идеального руководителя в какой-то момент бывает… много.

— Мистер Брукс, наверное, очень требовательный начальник, — сочувствующе произнесла китиарка, докармливая феминистическую тему. — Много приходится работать?

— Это нормально, — возразила ассистентка. — Он тоже работает допоздна. Бывает, приходится и до восьми задерживаться, и до десяти. А если приходится сопровождать мистера Брукса на какой-нибудь прием, то и ночью, бывает, возвращаюсь.

Но я не жалуюсь. Мне нравится моя работа.

'И платят за нее достойно', прозвучало между строк. Очень талантливая барышня. Вот уж у кого врожденный талант к коммуникации безо всяких там китиарских технологий. Натур продукт. Алекса взяла гордость за отечественных производителей.

Сьюзен тем временем перевела взгляд на виртуальный монитор типа того, каким пользовалась Роул, и сообщила:

— Мистер Брукс готов вас принять.

Ассистентка вышла из-за стола и распахнула дверь пред посетителями.

Алекс пропустил вперед даму и вошел в кабинет. За широким переговорным столом, на великолепном кресле с кожаной обивкой сидел тот самый Неукротимый Ронни. Галовидение не врало и не преувеличивало его достоинств. От мужчины веяло силой, уверенностью в себе и доброжелательностью. Он встал и протянул руку детективу. Пожатие было твердым, но не агрессивным. Рука оказалась горячей и сухой.

— Здравствуйте, мистер Коллингейм. Как идет расследование убийства моей невесты? — спросил сенатор.