— А какие дела, она не уточнила?

— Вы не знаете, почему у нее было два коммуникатора? — задал Коллингейм следующий вопрос.

— Два? У нее был один. Новый. Второй она потеряла несколько дней назад. Хельга считала, что его украли.

— А почему она не заблокировала номер? — удивился детектив.

— У нее была версия о том, кто это мог быть, и она ждала, когда им воспользуются, чтобы получить статистику исходящих подключений. Со мной своими предположениями Хель не делилась. Вообще, она была очень насторожена в последнее время.

— Над чем она работала?

— Последнее время она крутилась вокруг Брукса, — огорошил детектива Шелдон.

— Сенатора Брукса, — не поверил Алекс. — Неукротимого Ронни?

Оператор кивнул и продолжил:

— Хотя не знаю, на что она надеялась. Учитывая, что материалы по мэру зарубили.

— Поподробнее, — попросил Коллингейм.

— А что 'подробнее'? Три года назад, после крупного скандала, 'Беспристрастный взгляд' перевели на трансляцию в записи. Каждый материал отсматривает — отсматривала, — поправился Шелдон, — лично Монтененгро. Неделю назад Хельга накопала серьезный компромат на мэра. Нецелевое использование средств. Амадина устроила разборки, рвала бумаги, кидалась тяжелыми предметами. В общем, была не в настроении. Пришлось срочно кропать залепуху, чтобы заткнуть эфир. Что бы Хель ни накопала, не думаю, что материалам суждено было бы увидеть свет.

Беседа с оператором была вершиной айсберга, который предстояло одолеть. Нужно было запросить данные обо всех, кто находился в здании в момент убийства, а потом у каждого спросить, не встречали ли они мисс Стоунбридж или Шелдона. Оператора действительно видели. Работники технической группы, отвечающей за выпуск вчерашних десятичасовых новостей, даже примерно смогли вспомнить, когда он заходил — по тем сюжетам, которые шли в тот момент. Увы, это не помогло ни детективу, ни Шелдону — он заходил примерно в половине одиннадцатого. Зато Хельгу не встретил никто. Какими бы дозволенными путями она не перемещалась, делала она это с чрезвычайными мерами предосторожности. Опрос занял добрых три часа. К концу его Тайни с огромным трудом сдерживала зевоту. То есть при свидетелях она держалась, а оставшись один на один с детективом позволяла себе эту маленькую слабость. Алекс должен был отметить, что, учитывая вероятно бессонную ночь полета, нагрузку утреннего приземления, а затем практически полный рабочий день расследования, держалась она изумительно.

— Где вы остановились? — поинтересовался Коллингейм, когда они, наконец, покинули здание редакции.

Зевота всё же прорвалась наружу, и девушка прикрыла рот ладошкой. Она назвала второсортный отель, ближайший к Управлению. Видимо, нашла его автопоиском в аэротакси.