— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — шепнул мне Эндер.

Нервно вздохнула и мысленно взмолилась высшим силам, чтобы у моей призрачной напарницы всё получилось.

Побежали секунды, одна за другой, но угощения в серых ракушках оставались неподвижны. Под гробовое молчание Вильма пыталась схватить то одну устрицу, то другую, однако… у неё ничего не выходило. Старушка явно нервничала, переживала, а я уже и вовсе готова была провалиться сквозь землю.

Услышала, как хмыкнула Эдвина (в повисшей тишине её сложно было не услышать), а следом у самого уха раздался едва различимый шёпот Делагарди:

— Она пытается, — чуть слышно шепнула в ответ, с отчаяньем глядя на распаниковавшегося духа, и почувствовала, как вдруг… защипало спину.

Внезапное, неприятное чувство, спустя мгновение ставшее невыносимым зудом, быстро охватывающим всё тело. Почесала бок и услышала, как на корсаже треснул шов.

Это услышал и ультор, покосился на меня удивлённо. Треск ткани привлёк внимание и приглашённых. Гости стали оборачиваться, бесцеремонно на меня пялиться. А может, безмолвно упрекали в обмане…

Не выдержав, снова почесалась и, наверное, лишь чудом успела прижать к груди уже готовый свалиться к ногам лоскут ткани.

Вот что за гадость?!

Понимая, что ещё немного, и останусь в одном лишь нижнем белье, потому что вечерний туалет, как конструктор лего, распадётся на множество кусочков, дёрнула к дверям. Одной рукой придерживая корсаж, другой так и норовящую упасть юбку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Гости за спиной гудели похлеще пчелиного роя, обсуждая не то моё фиаско, не то постыдный конфуз с платьем. До ванной, той самой, в которой пряталась от Вольмара, долетела за считанные секунды и тут же стала сдирать с себя харгов наряд.

Зуд был невыносимым! Казалось, ещё немного, и вместе с платьем придётся сдирать и кожу.

— Давай помогу. — Эндер ворвался следом и стал рвать на мне некогда роскошный вечерний туалет.

Впрочем, рвать — это громко сказано. Платье само распадалось в его руках.

— Что это? Что?! — Я истерично всхлипывала и продолжала царапать ногтями плечи, грудь, шею.

— Убью мерзавку, — глухо прорычал Делагарди и дёрнул за золочёный кран. — Скорее полезай!

Не дожидаясь моей реакции, подхватил на руки и прямо в панталонах и нижней сорочке усадил в ванну. Вода, бурля и пенясь, быстро её наполняла, принося хоть какое-то облегчение моему несчастному телу.

Резко вздохнула, вытерла скользнувшие по щекам слёзы и услышала всё ещё звенящий от гнева голос дракона:

— Сейчас принесу мазь. Всё будет хорошо.

Не теряя времени, он вышел.