Я не могла осознать, что это происходит в той же реальности, где, возможно, мой муж, обгоревший и неживой, безмолвно лежит на столе.

Этого не могло случиться с нами!

– Эмиль, – тихо позвала я.

Наша связь не откликнулась. Потому что это не он или ниточка между нашими сердцами оборвалась с его смертью? Или я ее придумала? Романтичная девушка, выдумавшая особую связь с единственно любимым мужчиной… Но перед лицом смерти все иллюзии становятся жалкими.

Вдох и выдох. Я не могла избавиться от ощущения, что меня ударили кулаком в лицо – я полностью потеряла ориентацию. Не только в окружающем мире, даже в себе. Как теперь жить? Чем дышать?

За истерику и простынь, что я сорвала с мужа и орала вне себя – «это не он!», не было стыдно. Я прислушалась к себе и поняла, что все еще жду. В глубине души не верю, что он погиб, даже если это правда. Не могу принять. Верю, что сейчас подойдет со спины, скажет «маленькая» и прижмет к себе… Разум кричит: «он не вернется!», а глупое сердце всю жизнь будет ждать невозможного.

Я побрела по дорожке, путаясь в пространстве и собственных мыслях.

– Госпожа Кац! – охранник поймал меня на парковке и усадил в джип.

Я его не помнила. Молодой, еще не черствый – я видела по взгляду, что мне сочувствуют… Ты не поможешь мне, мальчик.

– Принести воды? Позвать вам врача?

Я вспомнила убийственный запах нашатыря.

Я хотела, чтобы меня оставили в покое. Съежиться, смотреть в одну точку, почти не дышать, чтобы привыкнуть к новой реальности, в которой может не быть Эмиля.

Еще будет анализ. Пока его не сделали, надежда остается.

Нужно проследить, чтобы образец не взяли у Феликса. При мысли о нем, я испытала волну отвращения – кто дал ему право опознавать моего мужа?

Охранник за рулем сделал резкий маневр, разворачиваясь на оживленном проспекте. Мелькнуло отражение в оконном стекле, напоминая, что я увидела под простыней вместо лица Эмиля… Половину головы снесло выстрелом.

Следующее воспоминание: мы прощаемся под душем, а затем в фойе. Эмиль просил ждать… Ведь не просто так, правда? Я не верю, что он пошел туда, не подготовившись. Эмиль не дурак, он не пошел бы прямо в ловушку!

– Вы знаете, что было в клубе? – я вспомнила, что имени нового начальника безопасности не оказалось в списке погибших. – Иван был с ними? Где он? Я хочу с ним поговорить.

Парень помялся, но ответил:

– Пропал? Иван был в «Фантоме»? Он отвечал за охрану, почему там был только Антон?

– Иван не пошел внутрь, а остался в машине. Он должен был координировать встречу. После перестрелки перестал выходить на связь, я ни до кого не смог дозвониться.

Я вспомнила парня: это он сообщил первым, что «Фантом» горит.

Мысли немного прояснились. Я взглянула на черный бриллиант. Камень искрился в оправе так же ярко, как в утро, когда Эмиль его подарил.