Представила, как Эл с Россом сидят в обнимку в гостиной перед облицованным зеленой плиткой камином, пьют шампанское и строят планы на будущее… Хотя после этого Росс не раз пытался до меня дозвониться, больше трубку я не брала никогда.

– Поверить не могу, что после стольких лет все по-прежнему на своих местах! Здесь ведь жили другие люди…

– Пожилая пара, Макдональды, – Росс кивает. – Видимо, они приобрели бо́льшую часть обстановки вместе с домом и особо ничего не меняли. Купив дом, мы добавили кое-какие вещи…

– Ну да. Крупную мебель они оставили: кухонные шкафы и стол, плиту, диван и кресла в стиле честерфилд, а все прочее – новое. То есть не совсем новое, ты ведь понимаешь. – Росс улыбается с несчастным видом, едва сдерживая отчаяние и злость. – На выходных Эл постоянно таскала меня по всяким антикварным магазинчикам.

Услышав имя сестры, я невольно вздрагиваю. Росс смотрит на меня долго и внимательно, не спеша отвести взгляд.

– Ты так и не спросила, – медленно говорит он, – почему мы купили этот дом.

Я отворачиваюсь, смотрю на окно и закрашенную дверцу буфета.

– Его выставили на аукцион. Эл увидела объявление в газете. – Росс устало садится на кровать. – Я подумал, что зацикливаться на прошлом – неправильно. То есть… Ну, ты понимаешь.

Еще бы! Когда-то я была здесь счастлива. А потом, после ухода, несчастна. И все же я знаю: возврата к прежней жизни нет.

– Я собрал задаток и помог ей с покупкой. – Росс пожимает плечами. – Ты ведь знаешь, какой упорной была Эл, если ей чего-то хотелось.

Лицо пылает, по коже бегут мурашки. Он говорит о ней в прошедшем времени! То ли считает мертвой, то ли потому, что у меня с сестрой давно нет ничего общего.

Росс прочищает горло и лезет в карман.

– Подумал, что они тебе пригодятся, чтобы ты могла приходить и уходить, когда захочешь. – Он протягивает мне два ключа от автоматического замка. – Первый – от двери в прихожую, которую я обычно не запираю, второй – от входной двери. Еще там есть засов, но ключ у меня один, поэтому пока не буду им пользоваться.

Беру ключи, подавляя внезапно нахлынувшее воспоминание о черной тьме. «Беги!»

Росс резко поднимается с кровати, словно его дернули за ниточки. Вышагивает по комнате, проводя руками по волосам, сжимает кулаки.

– Кэт, я должен предпринять хоть что-нибудь, но что?

Он бросается ко мне, выкатив красные от недосыпа глаза.

– Кэт, они считают, что Эл мертва! Ходят вокруг да около, вслух не говорят, только я вижу, что они думают! Завтра уже четвертый день, как она пропала. Как считаешь, сколько ее будут искать? Отговорки про погоду, время и ресурсы кончатся, и спасатели скажут: «Извините, доктор Маколи, больше мы ничего не можем поделать». – Росс взмахивает руками; на футболке под мышками влажные пятна.