– Я всего лишь хочу прояснить ситуацию. Прошло почти двадцать лет, вы с сестрой были детьми. Причем детьми, у которых выдалось весьма тяжелое детство. – Она смотрит на меня, ожидая возражений. – Похоже, полиция даже не связала вас с происшествием на Уэстерик-роуд, тридцать шесть. Кстати, в первом отчете из гавани Грантон Питер Стюарт заявил, что на одной из девочек был окровавленный свитер. В то же время констебль Дэвидсон свидетельствует, что Питер Стюарт был в стельку пьян, и следов крови на девочках не обнаружили. Кроме того, судя по обыску в доме тридцать шесть, там жили только жертвы.

В результате загадка девочек-близнецов, возникших из ниоткуда и никому не нужных, со следами побоев, так и осталась загадкой. А теперь молодую женщину, у которой есть сестра-близнец, проживавшую по тому же самому адресу, где произошло убийство и самоубийство, находят мертвой после того, как она вышла на яхте из той же самой гавани… Возможно, я немного опережаю события, и все же я давно не тот тупоголовый стажер-констебль и точно знаю: совпадения иногда случаются, но не в таких же количествах!

Я пытаюсь вдохнуть и не могу.

Пытаюсь заговорить и не знаю, что сказать.

Рэфик смотрит на меня с жалостью, откидывается на спинку стула и улыбается.

– Вряд ли вы в чем-то виновны, Кэт. Тем не менее я должна выяснить, как все было, потому что кто-нибудь непременно докопается до истины. И когда это произойдет, защитить вас смогу только я. Чтобы, так сказать, подвести под этим делом черту, придется многое объяснить. Итак, назовите мне имена двух человек, которых обнаружили мертвыми в доме номер тридцать шесть по Уэстерик-роуд.

Я не могу усидеть на месте – мне хочется сбежать, спрятаться.

Мне хочется, чтобы все поскорее закончилось. Мне хочется рассказать ей…

– Наверное, вы и так уже знаете. Зачем…

– Так нужно. Я думаю, вы обе были там. Я думаю, вы с Эл там жили и стали свидетелями их гибели в ту ночь. Поэтому и убежали. Мне нужна правда, причем от вас. Вы их знали?

– Да, – шепотом отвечаю я. Раздается детский плач, шипение пара, ножки стульев скребут по полу, сердце колотится в груди. Пахнет промокшими плащами и зонтиками, кофе и пончиками. За окном падает снег, небо белое, тротуары мокрые и скользкие, по улице спешат укутанные с головы до ног прохожие.

Рэфик смотрит на меня блестящими глазами. Теперь я понимаю, что за пристальным взглядом всегда таилась неподдельная забота. Инспектор тянется к моим кулакам и крепко сжимает их в руках.

– Назовите мне имена, Кэт.

Я сглатываю, смотрю на нее до тех пор, пока все остальное не меркнет.

– Нэнси Финли и Роберт Финли, – шепчу я, но имена звучат очень громко.

– Ваши мама и дедушка?

Нет, думаю я. Зубная Фея и Синяя Борода.

Дома в кои-то веки пусто.