– Почему мне обязательно объявлять строгий выговор? Почему бы не ограничиться ранее наложенным взысканием? У меня прошлый выговор еще не остыл, могли бы этот к нему присоединить.

– Не учи отца детей делать! – одернул его кадровик. – В конце января из прокуратуры придет грозное представление с требованием наказать всех, кто занимался расследованием дела Бурлакова. Не исключено, что такое же представление направят в областное УВД. Областники захотят наказать всех виновных, а они уже наказаны начальником нашего РОВД. Разницу чуешь? Строгий выговор от Балагурова мы снимем с тебя досрочно, через полгода, а с генеральским взысканием будешь полный срок ходить.

– Что за жизнь! – помрачнел Ефремов. – Один выговор за доклад, который никто не читал, второй – за малолетку, которого я в глаза не видел.

– А ты как хотел? – поддел его кадровик. – Все мы ходим по лезвию ножа. Работа такая. Твоему наставнику Буторину еще обиднее. Он делом Бурлакова день и ночь занимался, а в результате в конце года вместо премии – выговор.

Вернувшись к себе в кабинет, Игорь почувствовал, что после незаслуженного взыскания у него пропало желание работать. Невидящим взором он пробежался по начатой справке и отложил ее в сторону.

«Напиться бы, – подумал инспектор. – С каким удовольствием я прямо сейчас жахнул бы стакан водки, но нельзя! Конец года, в любой момент могут дернуть на происшествие».

Прервав невеселые размышления Ефремова, зазвонил телефон. На проводе была Голубева."

"– Игорь, как дела? – затараторила она. – Я тебя всю неделю не видела. Ты знаешь, как мы с Женей на базаре были? Класс! Приключения – аж дух захватывает. Прикинь, пришли мы на барахолку…

Голубева в подробностях начала рассказывать, как она участвовала в разоблачении и поимке мошенников.

– Погоди, – не дослушав до конца, прервал ее Ефремов. – Ты откуда звонишь?

– Из дома! – восторженно ответила девушка. – Ты только сейчас догадался, что я на время не смотрю? Прикинь, нам под Новый год телефон поставили. Мы восемь лет в очереди стояли и наконец-то дождались. Я сегодня всех знакомых обзваниваю, смотрю, догадается кто-нибудь про телефон или нет.

Ефремов, и без того находившийся в пасмурном настроении, еще сильнее помрачнел.

«Я думал, что она по мне соскучилась, а оказывается, Наташа звонит только для того, чтобы телефоном похвалиться. Одно к одному! Черное – к черному, белого – нет».

– Помнишь, о чем мы договаривались? – вкрадчиво спросила девушка. – Конец года будет со дня на день.

– Наташа, в этом году ничего не получится. Завтра у нас усиленный вариант несения службы, а 31 декабря я заступаю на дежурство, так что под бой курантов я буду не бокал с шампанским поднимать, а в кабинете сидеть, вызова на происшествие ждать.