— Разве я говорил, что весело не будет? — возмутился Уффе и захохотал. — Я сказал только, что нас занесло в чертову дыру. Но мы ее расшевелим. Гляньте-ка на эти запасы. — Он сел и указал на заполненный до отказа бар. — Что скажете? Начнем гулять?

— Да-а! — Все, кроме Йонны, возликовали. На жужжащие вокруг камеры никто не смотрел — они были слишком опытны, чтобы совершать характерные для новичков ошибки.

— Тогда, блин, вперед! — провозгласил Уффе, приставляя ко рту горлышко первой бутылки пива.

— Вперед! — поднимая свои бутылки, вторили остальные.

Опять же все, кроме Йонны — она осталась сидеть на кровати и только посматривала на дружную пятерку, но не шевелилась.

— А с тобой, блин, что происходит? — недовольно крикнул ей Уффе. — Ты чего, не выпьешь с нами пива? Тебя что, не устраивает наша компания?

Все в ожидании обратили взгляды к Йонне. Они сразу сообразили, что конфликты работают на успех шоу, а всем очень хотелось, чтобы «Покажи мне Танум» имело успех.

— Просто сейчас не хочется, — сказала Йонна, стараясь не встретиться с Уффе взглядом.

— Не хочется… — фальцетом передразнил ее тот. Он огляделся, чтобы убедиться в том, что остальные его поддерживают, и, увидев в их глазах ожидание, продолжил: — Какого черта, ты чего, записалась в трезвенники? Я думал, мы сюда приперлись ради тус-совок! — Он поднял бутылку и сделал еще пару глотков.

— Она не трезвенница, — отважилась вставить Барби, но грозный взгляд Уффе заставил ее снова умолкнуть.

— Оставьте меня в покое, — сказала Йонна и раздраженно спустила ноги с кровати. — Я пойду немного погуляю, — сообщила она, натягивая большую бесформенную военную куртку, которую повесила на стоявший рядом стул.

— Ну и вали! — прокричал ей вслед Уффе. — Зануда проклятая! — Он с громким хохотом открыл еще одну бутылку пива, потом снова огляделся. — Какого черта вы тут расселись, у нас же праздник! Вперед!

После нескольких секунд натянутого молчания начал распространяться нервный смех. Остальные тоже подняли бутылки и пустились в загул. Непрерывное жужжание камер их только подогревало. Приятно, когда ты у всех на виду.

— Папа, звонят в дверь! — прокричала в глубь квартиры Софи, продолжая говорить по телефону. Потом вздохнула. — Отец так чертовски медлителен. Блин, у меня больше нет сил здесь торчать. Я считаю дни до того, как смогу вернуться обратно к маме с Керстин. Ну, как всегда — сиди тут, когда сегодня начинается «Покажи мне Танум». Все остальные пойдут смотреть, а я все пропущу. Типичная непруха! — жаловалась она. — Папа, открой же наконец, звонят в дверь! — снова крикнула она. — Пойми, я слишком взрослая, чтобы мотаться туда-сюда, как малолетка после развода родителей. Но они по-прежнему не могут помириться, и ни один не желает меня слушать.