Ближайший из стражников, в отполированной до зеркального блеска кирасе которого отражались гобелены, покосился на меня.

Я же чуть не умерла со стыда. Щёки горели, будто их жгло огнём.

Бежать, бежать! Скорее бежать!

Но я стою и слушаю, как слушает, наверное, приговор – взошедший на плаху.

- Ну же, ну же, папочка! Ты такой душка, я же вижу, ты уже со мной согласился! Только хочешь показать, какой ты грозный и неприступный, но я то знаю, что ты не захочешь расставаться со своей любимой малышкой Сесси… - она перешла на лебезящий тон, от которого меня немедленно стало тошнить, но который безотказно действовал на отца, когда надо было что-нибудь выпросить – будь то кукла, новое платье или же… или же моя жизнь, которую только что, кажется, решено было принести в жертву отцовским амбициям.

Обитель Небесной Девы – влиятельнейший монастырь. Он оказывает большое влияние на политику на Материке, потому что концентрирует в одних руках огромные земли. Для десятков мелких княжеств и герцогств, которыми наш Материк усеян, как корова пятнами, это очень много значит.

Настоятельница стара и дряхла.

Тот род, что сможет усадить свою ставленницу на её место, получит здоровенный козырь в игре, которая беспрестанно ведётся за место под солнцем на нашем континенте. Отец не мог остаться в стороне, разумеется. И судя по всему, сначала прочил этот почётный жребий старшей дочери.

Но вот теперь, кажется, чаши весов качнулись в пользу младшей, нелюбимой дочери, которую совсем не так жалко отправить подальше с глаз.

И все будут довольны.

Герцог де Тремон укрепит своё могущество.

Сесиль получит возможность найти себе красивого и знатного жениха когда-нибудь.

Обитель Небесной Девы получит какой-нибудь хороший куш в качестве вступительного взноса за меня – все же знают, где источник её постоянно пополняемого богатства.

И только одну глупую девчонку, которая читала слишком много романов про любовь и намечтала себе невесть чего, никто не спросит, а этого ли она хотела. Провести всю жизнь за высокими стенами Обители, куда не ступает мужская нога. Никогда не иметь семьи и детей. Всю жизнь посвятить служению Небесной Деве – и стать когда-нибудь такой же сухой, морщинистой и одинокой, как и нынешняя Всеблагая Дева Одетт.

Об этом ли мечтала, когда вздыхала ночами над томиком стихов о рыцарях и принцессах, поедая булочки под одеялом.

Но кому какое дело до её глупых мечтаний.

- Хорошо. Ступай, приведи ко мне Николь!

Распахиваются двери с оглушительным стуком. Я вздрагиваю, как будто топор уже опустился на плаху.

Моя сестра вылетает на порог, её лицо горит торжеством. Ярко-розовое платье, золотое кружево, кукольная хрупкость тонкой талии. Завидев меня, она спотыкается, усмиряет шаг.