Либо быть хорошим отцом, либо никаким, — уверенность в его тоне говорит о том, что он размышлял на эту тему не раз и не два.

Поэтому он решил обрубить нашу связь на корню? Считает, что у нас слишком разные взгляды на жизнь? Задаю этот безмолвный вопрос, глядя в его серые глаза, обрамлённые тёмными ресницами. Он тоже продолжает безотрывно смотреть на меня, будто отвечая. И судя по его следующим словам, думаем мы об одном и том же.

— Лили, я не хочу, чтобы ты делала неверные выводы. Всё, что между нами было, это…

— Макс, не надо, избавь меня от объяснений. Мы отлично развлеклись. Как ты там говорил? Мы — взрослые люди, — хочу его опередить, чтобы не чувствовать себя продинамленной.

— Развлеклись?! — довольно громко восклицает Кроу, чем привлекает внимание посетителей с соседних столиков. — Для меня это не было развлечением, — произносит уже чуть тише, задумчиво потирая брови.

— Выглядит всё именно так.

— Не знаю, что ты там себе напридумывала, Лили. Просто… — он складывает ладони домиком, упирая их в переносицу, и вздыхает. Впервые вижу его таким обезоруженным. Словно он дико от всего устал.

Молча взираю на него, предоставляя возможность закончить начатое. Я же так хотела ответов на все свои «Почему?», и вот они — только руку протяни, но отчего-то я не готова их слушать. Это будет означать конец моим надеждам.

— Просто ты сама не захочешь быть со мной, когда узнаешь ближе, — снова упирается в меня взглядом, ожидая реакции.

— Прекрасно. Ты и здесь решаешь за меня.

— Пойми, Лили, так будет лучше для нас обоих.

— Да, я понимаю. Я ведь уже сказала: всё о’кей. Не заморачивайся, Макс.

Он хмурит свои красивые брови, скорее всего, не ожидая от меня такого быстрого согласия. А что он хотел? Чтобы я кинулась ему в ноги, умоляя не прекращать наши отношения? Да и назвать отношениями секс на одну ночь можно лишь с натяжкой.

Почему же меня не покидает это давящее чувство под рёбрами? Почему я не могу так просто забыть и продолжать жить, как раньше? Почему?

Домой я попадаю ближе к десяти вечера. Планы изменились, и нам пришлось везти детей к маме Мелиссы, которая решила пожить там несколько дней, пока в их квартире устраняют последствия потопа.

С Максом мы больше толком и не говорили, постоянно отвлекаясь на болтовню мальчишек, чему я была несказанно рада. О чём ещё беседовать с мужчиной, который ясно дал понять, что я для него ничего не значащий фрагмент жизни, который можно легко отрезать и выбросить?

Стоя в душе под тёплыми струями воды, молюсь о том, чтобы они смыли вместе с собой мою глупую безответную любовь. Голова трещит от бесконечного потока мыслей, от множества вопросов, на которые у меня уже нет желания искать ответы. Моё будущее теперь кажется лишённым яркости.