Пускай сегодня наш господин кот поживет на консервах!

Нет-нет, о колбасе не было и речи. Лично я удовольствуюсь и куриной печенкой. Главное, чтобы меня не кормили консервированной гадостью.

– Анна, я и так помогаю тебе с утррра. Все уже в идеальном виде! Никаких пррроблем. Почему ты так нервничаешь? Я начинаю думать, что ты сама хочешь пррроизвести хорррошее впечатление на семью прррофессоррра. – Она захихикала.

А что Анна? Она опустила глаза и молчала. Забавно. Но главным для меня сейчас было не это. Вперед на кухню!

– Честное слово, Вернер! Чем дольше ты живешь один, тем более странным становишься.

Типичным холостяком. – Беата, невестка Вернера, начала говорить около часа назад и с тех пор не сделала ни одной паузы. Как только ее бедный муж все это выдерживает? У меня, во всяком случае, уже кружилась голова.

– Драгоценная Беата, – ответил ей Вернер по-прежнему очень дружелюбно, – ты просто плохо информирована. Вот уже некоторое время я живу не один. Вместе со мной живут Анна и Кира, а в данное время еще и мать Анны.

Беата засмеялась, обнажив свои очень белые и очень крупные зубы. При этом она кивала головой, но ее прямые волосы почему-то совсем не шевелились.

Наоборот – ее стрижка каре до подбородка казалась высеченной из камня.

– Я тебя умоляю, Вернер! Ты говоришь о своей уборщице! А я имела в виду настоящую женщину.

– Беата, – вмешался Роланд, брат Вернера, – насколько я могу судить, Анна самая настоящая женщина.

Беата закатила глаза:

– Роланд, что ты понимаешь в настоящих женщинах! Вот Вернер наверняка понял, что я имела в виду.

Мой профессор покачал головой:

– Извини, Беата. Что же ты имела в виду?

– Ну, я говорила, конечно же, о спутнице жизни.

О партнерше. О женщине, которая любящей, но строгой рукой внесет в твою жизнь чуть больше порядка. И вряд ли ею может стать какая-то уборщица.

Миауауооо – мне было не совсем ясно, что это должно означать, но прозвучало это как оскорбление!

– Дорогая Беата, я очень ценю твое внимание к моей скромной персоне. Это делает тебе честь. Но уверяю тебя, что моя жизнь меня вполне устраивает и, более того, мне даже нравится. Между прочим, Анна не уборщица, а экономка и великолепно выполняет свою работу. Я всем доволен.

– Вот уж позволь тебе не поверить, Вернер! Кстати, а кто та загадочная спутница, с которой ты хотел приехать на наш летний праздник?

– Ты ее не знаешь, – сухо ответил Вернер.

Я не сомневался, что он сказал Беате неправду. Вернер наверняка хотел приехать с нашей Анной, и помешал этому только Вадим. Но по какой-то причине мой профессор не хотел в этом признаваться.

– Я уже вижу, что ты так и проживешь всю свою жизнь чудаковатым холостяком. И ведь ты даже не представляешь, чего лишен. Подумай хотя бы о детском смехе, который мог бы звучать в этой квартире.