И он уполномочил меня занять это место. Прошу вас освободить его.

– Вы идиот, – зарычала глава компании на побледневшего Пино.

Префект полиции подошел к владельцу агентства Франс Пресс:

– Ален Пино, вы арестованы по обвинению в убийстве Александра Плесснера и покушении на жизни Стивена Горовица, Аллиды Ленуар, Юдифи де ла Гранжер и Северин Арбур.

Потом он повернулся к Эжени Рокбрюн и медленно, тщательно зачитал обвинения, выдвинутые против нее.

Арман и Рейн-Мари сидели по обеим сторонам кровати Стивена и держали его худые руки.

Попискивали приборы. В аппарате искусственного дыхания, издавая слабый свист, поднимались и опускались мехи. На экране монитора мигали какие-то медицинские сообщения, смысла которых Гамаш не понимал и не пытался понять.

Они понимали только одно.

Оно пришло по всем человеческим резонам.

– Мы нашли доказательства, которые ты спрятал в папке, – сказал Арман. – Даниель сейчас на собрании совета директоров.

Он помолчал, словно надеялся на ответ.

– Гвозди в Кале, – сказал он, улыбнувшись. – Очень умно. Жозеф Миньере. Записки агентства Франс Пресс об убийстве репортера. Те связи, что вы с месье Плесснером установили между неодимовой шахтой, заводами-производителями, принадлежащими ГХС, супермагнитами и несчастными случаями. Все в этой папке. И окончательная улика. Неопровержимая. Я чуть не упустил ее. Вы с Плесснером оказались слишком умны для меня.

– Она у тебя, Арман? – спросила Рейн-Мари.

Он отрицательно покачал головой:

– Но я точно знаю, где она. Ты прижал их к стенке, Стивен. Ты и месье Плесснер добились своего.

Поиск правды стоил Стивену его состояния. Стоил ему жизни. Однако дело было сделано. Ради спасения жизни других людей. Если бы место в совете директоров не утопило этих гигантов, то это сделал бы враждебный захват двух дочерних компаний ГХС.

На долю Армана выпало выпустить эту торпеду. Что он и сделал как опекун Стивена, перед тем как войти в больничную палату.

В начале торгов на Парижской бирже прошла покупка Стивеном нефтеперерабатывающего завода и завода по производству инструментов и красок. И это давало ему или его наследникам доступ к документам ГХС.

С последующим их оглашением.

Стивен бросил все свои авуары на захват этих компаний. Он понимал, что, делая это, он топит себя.

За спиной Рейн-Мари появился врач и поймал взгляд Армана.

– Еще минуту, пожалуйста, – попросил Арман. – Мы ждем кое-кого. О, вот и она.

Вошел Жан Ги с ребенком на руках.

– Это твоя правнучка, – сказал Арман.

Жан Ги встал рядом с Арманом. Со своим наставником. И во многом почти отцом. Он спрашивал себя, смог бы он сделать то, что предстояло сделать Арману.

Арман встал, продолжая держать руку Стивена, и сказал:

– Пришло время отпустить его.