В глазах его явно читалось: таких дураков я еще не видал, за бумаги, которые стоят многих лет моей жизни, они требуют… всего лишь сто долларов!

Но он был прожженный делец. И едва справившись с охватившим его остолбенением, попробовал торговаться:

Мы молча повернулись и пошли по скрипучей дорожке к калитке.

– Стойте, я согласен! – завопил он нам вслед.

– Несите бумаги сюда, и я с вами расплачусь.

– Не выйдет, – я покачал головой. И объяснил: – Во-первых, мы вам не очень доверяем. Бумаги заберете, денег не дадите, а ваш Юрик нас через забор кинет…

Юрик глупо усмехнулся.

– …А во-вторых, родители нас с парохода не отпустят. Мы ведь уже один раз от него отстали.

– Ваши условия? – Муромец уже едва сдерживал нетерпение.

– Пойдемте с нами. На пароходе есть пустая каюта. Вы нас там подождете. Мы принесем документы. Вы отдадите нам деньги. А если вы нас обманете, мы поднимем страшный шум. И Ангелина Петровна вас арестует. Согласны?

Похоже, нам удалось задурить ему голову, потому что он тупо уставился на меня и глупо спросил:

– На что согласен? На арест?

– А как я пройду на пароход?

– Мы вам для конспирации дадим пустое ведро. Пассажиров отпустили за грибами. И вы смело идите, прямо в этой пижаме. На вас никто и внимания не обратит. Там все будут с пустыми ведрами.

Этот аргумент сразил Муромца окончательно.

– Едем! Юрик, заводи!

Облом! Вот это мы не предусмотрели. Еще и Юрик! Но отступать было поздно. И сценарий следовало менять на ходу.

Мы сели в голубую «Ниву». Я лихорадочно соображал, какие нужно внести коррективы в наш план и как об этом сообщить Алешке.

Хорошо еще, что при выезде на улицу мы попали в стадо коров, возвращавшихся с пастбища в свои хлева. Юрик зверски сигналил, ругался, высовываясь по пояс в окошко, но все это не помогало. Буренки неспешно брели травянистой улицей, помахивая хвостами и роняя лепешки. И уступать нам дорогу не собирались.

Эта задержка мне помогла.

– Илья Ильич, – сказал я, наклоняясь к Муромцу – он сидел впереди, рядом с Юриком. – Мы с вами деловые люди.

– И я боюсь, что вы нас кинете. Сто баксов для вас не сумма, а для нас – состояние.

Муромец хмыкнул еще веселее.

– Пока не получу деньги, не отдам бумаги, – и я важно откинулся на спинку сиденья. Как опытный делец.

– Да на! – Муромец сунул руку в карман пижамы. – Бери прямо сейчас. Я тебе верю.

– Так дела не делаются, – нашелся я. – Договоримся к обоюдному удовольствию. Вы отдаете баксы Юрику. И когда я вручу вам документы, он отдаст мне деньги. Годится?

– А как он это узнает?

– А вы в каюте светом мигнете: мол, все в порядке, Юрик, гони пацанам монету.

Муромец расхохотался. Его забавляло, что какой-то малец пытается выглядеть прожженным деловым мэном.

Вообще настроение у него явно улучшалось. Он приходил в себя.