Бледный, я бы даже сказала — серый. Окровавленную рубаху он снял и даже скрепя сердце позволил мне промыть рану, но вот ни обработать ее, ни хотя бы наложить повязку не дал. Тоже мне мазохист нашелся!

Я присела рядом с властелином, опершись на бревенчатую стену, и прикрыла неприятно пощипывающие глаза, пытаясь отогнать запоздавшую истерику. Раньше приходить надо было. Но сия коварная дама деваться никуда не собиралась, больно вцепившись в меня своими жадными коготками.

Просто до дури хочется сквозь землю провалиться.

Все из-за меня. Была бы умной, сидела бы сейчас дома, и Алекс остался бы целым и невредимым. А мне не надо было бы в срочном порядке искать ответ на внезапно назревший вопрос: я вообще нормальная? Нет, что я маг, а они (в смысле мы) все с придурью — это понятно. Но я, похоже, переплюнула сказочную Бабу-колдуницу, которая даже малыми крохами вменяемости не отличалась. Это же надо так магичить! Но самое обидное — я ни сном ни духом не знаю, что я сделала и как. Даже не уверена, что именно я.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — шевельнул побелевшими губами Алекс, не давая мне окончательно расклеиться. И как он ухитряется даже на последнем издыхании оставаться таким властелинистым? Просто жуть берет.

— Мне еще рано вдоветь, — всхлипнула я, утирая слезы рукавом дорожного костюма.

— Размечталась, — фыркнул Алекс, и по его груди заскользил красный ручеек. — От меня не так просто отделаться.

— Разве ты не умираешь?

— А что, должен? — хитро прищурился он. Впрочем, боль, затаившуюся в глубине серых глаз, все равно скрыть не удалось. По крайней мере, не от меня. Бедный.

— А что, нет? — возмущенно заорала я. — Ты бы видел себя со стороны! Рана — как открытые врата! В крови вон даже я перемазюкалась. И, судя по звукам, задето легкое. Ну что, долго ты жить со всем этим собираешься?

— До глубокой старости, — поморщившись, заявил властелин и попытался приобнять вопящую меня.

Несколько новых ручейков отбили у меня всякое желание обниматься. Зато и всю дурь из головы вышибли. Нашла тоже время орать. Шарахнувшись в сторону, я подтянула к себе сумку, спихнула с нее нагло дрыхнущего кота. Покопавшись, извлекла на свет энциклопедию, пошуршала страницами, кое-где оставляя красные следы пальцев, и, найдя нужное заклинание, вернулась к Алексу.

— Не стоит, — попытался протестовать он. — Говорят, у властелинов просто потрясающая регенерация. К утру только небольшая царапина останется.

— Откуда ты знаешь? — подозрительно спросила я.

— Слышал где-то. Вот представился случай проверить.

Нет, мы точно друг друга стоим!

— Экспериментатор тут нашелся! — проворчала я и принялась за дело. Должна же быть и от меня хоть какая-то польза.