– Агния Кирилловна, – устало вздохнул в трубку подполковник, – я знаю, что звучит не слишком обнадеживающе, но дела обстоят именно так. Могу обещать одно: мы узнаем, кому принадлежит данный номер и, возможно, нащупаем связь с делом вашей покойной анестезистки.

– А как насчет того парня…

– Парня Митиной? Ищем, но пока никаких зацепок. Пашка поехал к нему на родину – жду вестей.

– Думаете, он в бегах и может там объявиться?

– Если смерть Шемякиной – его рук дело. Так что давайте номер, Агния, будем разбираться с этим «шутником»!

– Антон – убийца?! Да вы смеетесь!

Артем решил лично встретиться со Светланой, еще одной подругой Нины, чтобы поговорить о ее парне.

Едва услышав о его предположениях в отношении Скоробогатова, Светлана замахала руками, словно отгоняя дьявола.

– Его нигде не могут найти, – возразил подполковник. – На рабочем месте Антона не видели уже давненько, он как в воду канул. Что можно предположить?

– К примеру, что с ним случилась беда – об этом вы не думали? Может, он попал в аварию, лежит в больнице…

– Полагаете, мы об этом не подумали? – перебил Карпухин.

 – Ни в одну больницу не поступал пациент с таким именем, в моргах его тоже нет. Поэтому я здесь.

– И вы считаете, что мне известно, где находится Антон?

– Ну, ходят слухи… – неопределенно пожал плечами Артем.

– А, вы об этом! Что ж, не врут слухи: Нина и в самом деле увела у меня парня, довольны?

– Да нет, я всегда сочувствую тем, с кем такое случается.

– Как же! Но я не понимаю, что это меняет? Нина – моя подруга!

– Даже после того, что она сделала?

– Она? Антон что, бессловесное животное, вроде бычка на веревочке? Нет, он сам к ней ушел.

Она не преследовала его, не караулила под окнами, не писала любовных записок. Просто она… В общем-то, они поступили честно.

– Однажды пришли и сказали, что любят друг друга – и все.

– Они попросили вашего благословения?

– Я не видела смысла в том, чтобы одновременно терять и парня, и подругу. Правда, с Антоном старалась с тех пор встречаться пореже.

– Понимаю – слишком больно.

– Со временем это прошло, и мы стали общаться как приятели. По-настоящему теплых отношений все равно не получилось, но, как говорится, худой мир лучше доброй ссоры! Но я знаю Антона слишком хорошо, чтобы поверить, что он может желать кому-то смерти.

– Даже тому, кто, по его мнению, виноват в гибели его любимой девушки?

– Вы хотите сказать, что, узнав о несчастье с Ниной, Антон не стал бы ничего предпринимать?

– Я лишь говорю, что он не вынашивал бы планы убийства, а попытался бы выяснить, как и почему все произошло.

– После того, что случилось, вы виделись с Антоном?

– Нет.