– Мне очень жаль, но я был в другом месте от вашего брата! – тихо произнес Артем Глебович рассматривая Вовину фотографию.

– Можете звать меня просто Артем, я ни настолько вас и старше!

Вздрагиваю, а он включает чайник и достает вазочку с конфетами и печеньем. Почему-то становится так хорошо. Давно так не было хорошо. Чувство как защищенности, силы. Такого даже с Гаврилюком не было хотя очень хотелось. На подсознании я всегда знала что между нами Олеся. Его Олеся. Что он любит ее. А здесь. Здесь не было никого.

– Вы Анжеле сердце разбиваете! – улыбнулась я отпивая ароматный чай.

Артем вздохнул и пододвинул ко мне вазу.

– Ешьте очень вкусные конфеты! Анжела еще совсем ребенок и не понимает что творит! Она не нужна мне! Мне нравится другая женщина!

От его слов я почему-то краснею. Он быстро пробегается по мне взглядом, а меня всю трясет. Вот это номер.

Только этого мне не хватало. Сердце бешено стучит в груди. Что-то мне вообще подсказывает что он обманывает меня. Что именно он, он тот самый парень который получил безобразные шрамы в горячей точке, что этот парень про которого рассказывал Вовка. На секунду бросаю взгляд на его стол и замираю. Он в обнимку, такой красивый и моложе с другими идеальными просто правильными чертами лица, а в его руках… Я знаю ее, я видела ее, это Лика лучшая подруга Вовки которая рыдала так когда узнала что он пропал, что мои поднимали ее, она всегда любила его. Сердце бешено так по-сумасшедшему стучит, а Артем резко разворачивает фотографию к себе.

– Невеста моя бывшая! Все не доходят руки фото убрать!

Я машинально киваю и отпиваю чай. Что он от меня скрывает про Вовку и главное зачем… Для чего…

Я поправляю волосы. Опять эта боль в затылке. Мы так хорошо посидели, но ощущение недосказанности между нами, что что-то не так.

У меня было такое чувство что он знал Вовку. Знал и все тут. Лика… Надо будет поспрашивать ее. Ведь утром похороны. Общались ли они? Я помню они тогда так сильно поругались, Лика так орала, упала в снег. Ее всю трясло.

А Валя что-то спокойно объясняла ей, потом папа и мама бросились поднимать Лику, мама выносила валидол и корвалол. Я прекрасно помню этот момент. Закрываю глаза. Сегодня похороны. Похороны Вали. Я даже поверить не могу что так все вышло. Не могу я ведь потянулась за этим телефоном, чтобы было если бы я не потянулась за телефоном не уставала себе задавать вопрос я… Что…

Утро. Я позавтракав без приключений достала из шкафа свое черное платье и одевшись подняла глаза. В палату вошел Артем. Он с нескрываемым беспокойством смотрел на меня.

– Инна, а куда вы собираетесь?

– Я же вам говорила на похороны! – тихо произнесла я.

Артем покачал головой.

– Исключено, я никуда тебя не пущу, то есть вас!

От неожиданности я растерялась. Я никуда тебя не пущу.