– Господин барон! Людей кормят, я спросила – с порога отчиталась она

На завтрак подавали сыр, нескольких сортов, листья зелени, отварные яйца, окорок и горячий пшеничный хлеб. Из кувшина служанка разлила по кружкам травяной взвар, и комната наполнилась новыми ароматами.

Агата разломила кусок хлеба вдоль, поместила в него сыр, с горкой и прикрыла второй половинкой. Затем откусила и зажмурилась от захлестнувших её вкусов. Какое мясо? Только горячий бутерброд с сыром! Взвар правда был без сахара и меда, но к этому можно привыкнуть.

После завтрака, Агата попросила разрешения и забралась к барону на кровать с ногами. Гулять её не отпускают, одной в доме скучно, будет значит здесь сидеть - изучать местную жизнь.

– Отец, а когда овец стригут?

– Поздней весной, или в начале лета, а почему ты спрашиваешь? – он удивлённо посмотрел на дочь.

– А сейчас середина лета – барон кивнул ей в подтверждение.

– Значит где-то хранится вся состриженная шерсть?

– Ох Агата! Она хранилась в тех двух деревнях, что сожжены до тла. Думаю что на ярмарку в этом году нам нечего будет вести.

– А овец стригут один раз в год?

– Наших - один. У нас особая порода, была. Я вообще склоняюсь к мысли, что набег был замыслен с целью заполучить наших особенных овец. Но ничего не доказать.

– Старосты сказали, что много скотины разбежалось по лесам. Может быть отыщут и овечек?

– Я даже не сомневаюсь, что вернут пару десятков… – Агата оживилась при этой новости.

– А сколько же тогда у нас овец было до набега?

– Полторы тысячи, не считая молодняка

– Это же огромное стадо!

– Конечно. За нашей шерстью даже торговцы из других стран приезжали, да что сейчас об этом…

– А сколько времени потребуется, чтобы возродить стадо?

– Наши овцы дают два приплода за полтора года. В каждом обычно три ягненка. Чтобы возродить стадо, надо лет десять, а то и больше. Да и к чему это сейчас? – Сказал барон и отвернувшись потер глаза руками.

– Отец, а мы продавали стриженую шерсть, или изделия из неё? – Не отступала Агата.

– Просто шерсть, стригли, связывали в тюки и продавали, а ты к чему все расспросы ведешь?

– А если нам обучить женщин прясть, и продавать уже нитки для вязания, или вовсе вязанные вещи? За них ведь должны больше платить? И тогда не нужно такое огромное стадо? – Отец даже приподнялся на руках, услышав эти слова от Агаты. Он надеялся, что всё ей объяснил, а нет, она продолжает обдумывать дела хозяйства.

– Девочка моя, да зачем нам это сейчас? Приданое у тебя есть, и на мой век хватит денег, а потом – он только махнул рукой.

Вскоре дверь распахнулась и вошла служанка.

– Господин барон, к Вам пришла Старая Марта, говорит что Вы её звали. – Барон оживился от слов служанки и велел немедленно проводить к нему женщину.