— Камилла, что это?! Откуда… — демон схватил меня за плечи и стал потряхивать, несмотря на то, что Ширкасс стоял рядом. Дракона такое отношение покоробило, поэтому он выступил вперёд, спрятав меня за спину, откуда я, слегка побаиваясь, выглядывала.

— Нашла вместе с платьем прабабки, — честно ответила, наблюдая всю гамму метаморфоз, происходящих с демоном.

Сначала он неверяще уставился на меня, потом снова заглянул в письмо, пробегая фиалковыми глазами по строчкам, опять понюхал бумагу. После на лице сурового сердцееда появилось выражение такой затаённой грусти и тоски, что захотелось подойти и обнять. Мужчина осел на бревно будто лишившись всех сил. Обхватил голову руками и застыл в этой позе.

— Господин Сагар… — опасливо тронула его Алесса.

— Ты не поймёшь, танцующая в тенях… Твоё сердце сделано изо льда, — бросил отчаянно брат Азаила в ответ.

— Ошибаетесь, — заметила уже я, — вы — умный демон, но не видите очевидных вещей.

— Не смей говорить так со мной, девчонка! — он снова вскочил, — я знал, что что-то не так… Но повёлся, как неопытный юнец, впервые ощутивший вторую ипостась. На что? Я спрашивал себя всю дорогу… На знакомый запах! На тебе её одежда, и она хранит драгоценные частички аромата моей любимой женщины. Единственной…

— Успокойся, Сагар, — тихо произнёс дракон, однако к нему все прислушались, — пусть мы с тобой близко никогда не общались, но я скажу кое-что. Твоя женщина жива. И любит тебя, как очевидно из письма. Прости, я мельком пробежался по нему, пока Ками его несла. А ещё. Твоя женщина — драконица. И ты был последним идиотом, раз требовал от неё верности только к одному мужчине. У них в природе заложено иначе. Её первый партнёр был человеком, но не истинной парой. Даже сам факт того, что она смогла родить потомство от простого человека — большая редкость. Возьми себя в руки и подумай, каким образом хочешь вернуть любимую…

Демон выслушал этот монолог и крепко задумался.

— Давайте поедим? — разрядил обстановку Иннуриэль, как обычно хладнокровный и спокойный в любой ситуации. Тряхнул медовыми волосами, собранными в эльфийские косички, и кивнул в сторону мисок с дымящейся кашей и на общую тарелку с сухофруктами.

— Ненавижу эльфийскую еду, — прошипел он и всё же принялся заглатывать варево с усиленным рвением. Мне припомнились слова магессы Ниэль про демонический аппетит.

Пока все работали ложками, Сагар, видимо, напряжённо размышлял о словах Ширкасса. И под конец трапезы выдал, обращаясь к моему мужу:

— Погорячился. Приношу свои извинения.