Пусть он рогатый, колючий и вредный… Мне захотелось его утешить. Положила ладонь на сильное предплечье, с запоздалой реакцией отметила, что свечение его вен усилилось. Родовая магия. Сзади шумно вздохнули.

— Убери руку, малышка. Ты не дослушала. Я очень голоден. Но когда ты рядом, мне хочется не только есть… — хрипло, с надрывом прозвучали его слова.

А вот и не страшно. Наоборот. По спине пробежалось войско прыгучих мурашек, и поясница выгнулась, подставляясь под бёдра мужчины.

— Ками! — резко одернул меня Реддарк и заставил повернуться к нему, — пойми, я не играю. Веди себя прилично, и, возможно, на привале я так и быть посижу рядом. Когда буду чуть менее голодным.

Последняя фраза прозвучала как угроза. Стало очевидным, что мужчина не шутит по взметнувшемуся пламени в красных глазах. Взгляд стал диким. Я добилась желаемого. Он был на грани. Но почему я не рада? От чего его сдержанность так выводит меня из себя?!

Алесса с Иннуриэлем подъехали к нам, немного остудив общий градус почти осязаемого возбуждения.

— Солнце уже садится, Ками, давай сверим, не отклонились ли мы от пути.

Я послушно взвесила на ладони камень с острыми гранями. Голубой луч указывал в прежнем направлении.

— Отлично. На привале получим отчёт от Танцующих. Возможно, они уже узнали что-то интересное о местоположении Повелителя, — сказал Сагар, тоже наблюдавший за поисковиком.

— У меня дурное предчувствие, — вдруг вставил Иннуриэль, — в той стороне находится столица, Элинэр, и Дворец Владыки. Да и, в принципе, те земли принадлежат правящей семье.

— Наверняка, и у тебя там есть небольшой особнячок, да, ушастый? — скривился Реддарк.

— Точно, рогатый. Пусть в нашей семье и затесался один безумец, у меня хотя бы есть, куда вернуться, — не остался в долгу лекарь, покачав головой.

Бывший Повелитель промолчал.

Наш отряд продолжил путь, но теперь уже простая непринужденная атмосфера куда-то подевалась. Мы не рисковали громкого говорить, и Сагар попросил моего соседа накинуть на иллюзию ещё и звуковой щит.

На привале Реддарк решительно принялся опустошать наши стратегические запасы. Оказалось, у брата Азаила имелся неплохой такой резерв провизии на случай непредвиденных обстоятельств, и он достал мешок с вяленым мясом, ещё не совсем чёрствым хлебом и куском сыра. Иннуриэль присоединил к общему столу эльфийские лепёшки и сухие фрукты, на которые так ругался ранее Сагар. Ширкасс, приземления которого никто не видел, неслышно подошёл ко мне, когда мы уже заканчивали есть.

— Будешь? — протянула ему половинку лепёшки.

— Ками, хочу тебя украсть, — признался дракон, проигнорировав угощение. У него был немного взволнованный вид, — я соскучился.