– Какую именно картину? Вы знаете, Галина Леонидовна, я слежу за рынком произведений искусства и не слышал, чтобы в данный момент в частных руках находилась какая-то картина Рембрандта, предназначенная для продажи…

– Тем не менее я могу предложить вам «Старика в чалме» – картину, которая принадлежала прусскому королю, а в середине восемнадцатого века исчезла и считалась утерянной.

– Я слышал об этой картине. – Бондаренко посерьезнел. – У вас есть серьезные доказательства ее подлинности?

– Безусловно, – кивнула Галина, – атрибуцию провели искусствоведы Старицкий и Венедиктов.

– Антона Платоновича Старицкого я хорошо знаю. Если он подтвердил подлинность картины – можно в ней не сомневаться.

Он ненадолго задумался.

– Что ж, такая картина может стоить не менее пятидесяти миллионов… под нее я могу с чистой совестью выплатить вам тридцать миллионов кредита. А вот что, Галина Леонидовна, – в голосе банкира зазвучали вкрадчивые и мечтательные нотки. – Не хотите ли вы продать мне «Старика в чалме»? Это разом решило бы ваши проблемы!

– Пока я к этому не готова. – Галина улыбнулась. – Ведь эту картину я получила от отца… значит, мы договорились? Вы… то есть ваш банк… вы дадите мне кредит?

– Несомненно. – Бондаренко улыбнулся. – Под такое обеспечение – почту за честь!

– Ну вот. – Галина открыла дверцу фургона, и Буран одним прыжком вырвался наружу.

Мигом обежав участок, он пришел в восторг от его размеров, растоптал свежевскопанную клумбу, облаял ворону, сидевшую на сосне, и едва не схватил за хвост зазевавшуюся белку.

Галя с Игорем наблюдали за ним со смехом. Буран никак не влез бы в ее машину, поэтому Вафля вызвался привезти его сам в своем фургоне. Однако как раз перед отъездом в клинику доставили здорово покусанного ротвейлера, так что Вафля занялся своим неотложным делом, а Бурана привез Игорь.

– Пускай побегает напоследок, – вздохнула Галя, – скоро отсюда переедем, дом выставляю на продажу. Только кто его купит, махину такую… мрачный, угрюмый, да еще стоит на отшибе…

– А ты куда, в город?

– Да нет, сняла дом в коттеджном поселке поближе к городу, чтобы не так уединенно. В городе с собакой гулять негде…

На крыльцо вышла Анфиса и едва не выронила из рук миску.

– Господи, Буран вернулся! Буранчик, я тебе сейчас котлетку или косточку мозговую…

– Вот кто мне собаку избалует! – усмехнулась Галя. – Только Анфису с собой возьму, больше никого не нужно, дом небольшой. Охрана общая, участок маленький…

– Как там, взяли у тебя картину в залог? – полюбопытствовал Игорь.

– Еще бы не взяли! И видел бы ты лицо Фортинского, когда я сказала ему, что деньги переведу незамедлительно! Он-то губу раскатал, сам лично приехал для последнего разговора.