Со временем маленький перевертыш, которого обучали особые наставники, становился верным защитником, советником, хранителем, незаменимым спутником королевского отпрыска. Дагвины и их Тени — так нас и называли.

Тени постоянно меняли внешность, порой даже подстраивались под нас, окутываясь псевдо личиной, похожей на нашу. И тогда по дворцу, радостно хохоча, бегали совершенно одинаковые дети.

Редкий монарх может похвастаться тем, что у него есть беззаветно преданный друг, которому он безусловно и во всем доверяет. А вот Дагвинам повезло. Я, например, жизни не представляла без Марты. Миана сделала нам поистине королевский подарок.

Действие личного амулета прекращалось с наступлением совершеннолетия и... на время учебы в Асавайне. Каждый королевский отпрыск обязательно заканчивал эту старейшую сурийскую академию. Под чужим именем, с собственной внешностью и в компании своей тени.

Магический фон в Асавайне был очень высок, а охранные печати слишком сильны — магистры сразу бы поняли, что мы под личиной, а значит, догадались бы и о том, кто их ученики. Традиция же предписывала Дагвинам учиться неузнанными. «Дабы оказаться ближе к простому народу», — как значилось в семейных хрониках.

Ну, «простого народа», надо сказать, в Асавайне я за три года так и не обнаружила — только преподавателей и адептов, — но разглядеть во мне принцессу, и правда, не удалось никому. Так что близняшкам Лее и Тее только предстоит узнать, с кем они учились и жили вместе шесть лет."

"Теням, кстати, разрешалось на время учебы выбрать любую внешность, и Марта тоже предпочла свое настоящее лицо. Она мечтала встретить в академии своего избранника. Так же, как и я. Даже не так. Мне найти в Асавайне будущего мужа просто-таки настоятельно рекомендовалось.

И это было связано с третьим даром владычицы Мианы.

Владычица не дала Гортари фамильяра, который опустошал бы окрестные леса и тащил оттуда, что под лапу подвернется, а потом превращал всю эту ерунду в изумруды, рубины и набивал бы ими королевскую сокровищницу. Вместо этого она наделила наш род поистине уникальной, невероятно ценной способностью — собирать магию.

Не важно, кем избранник или избранница Дагвина были до свадьбы, после венчания они присоединялись к нашему роду. С этого дня на них распространялась родовая клятва верности, а их дар становился частью семейной магии. Нет, супруг не лишался своей силы, просто наделял ею и Дагвинов.

Благодаря брачным связям, за долгие столетия, прошедшие со времен Гортари, нам удалось собрать почти все виды магии, даже самые экзотические. Алхимики, зельевары, повелители стихий, артефакторы, целители, — кого только среди нас не было.