Мэлл и Кинл с лучемётами наизготовку медлили, опасаясь поразить своего.

— Стреляйте, идиоты! — взвыл Румм. — Убейте его!

Лучемёты ударили в упавших людей, прожигая насквозь мода. Боец получил сразу несколько попаданий, но стряхнул с себя врага и попытался уйти из-под огня. Но раны были слишком тяжелы, и у него не хватило сил. Он сделал ещё несколько движений, пытаясь доползти до врага, и затих.

— Хватит! — Румм подбежал к двери и судорожно затыкал пальцами в сенсоры замка.

Ладно, план «А» сорвался, приступаем к плану «Б». Он набрал аварийный код разгерметизации, и мощная плита буквально обрушилась сверху на пол, блокируя разбитые двери и запечатывая вход в помещение.

Румм метнулся к Кинлу и Мэллу.

— Хватайте его и кладите на стол! — он ткнул пальцем в спецназовца. — Возможно, он ещё жив, значит, сойдёт за пленника в тепловом изображении. Вы остаётесь здесь и держите оборону до моего возвращения. Никто не должен войти внутрь! Выйдите на связь со спецназом и убедите их, что Серебряков у вас в руках и вы убьёте его, если они атакуют. Выполнять!

Моды взвалили на стол бойца, а Румм выскочил в подсобку, хватаясь за тело Серебрякова.

Пыхтя и упираясь, он втащил его в дыру в стене. Он еле дотащил тело до отверстия в полу и с наслаждением сбросил его вниз. Какой тяжёлый, а на вид совсем щенок, никогда не скажешь, что ему две тысячи лет. Румм неуклюже спрыгнул вниз, свалившись прямо на Серебрякова. Раздался хруст. Ничего, тело тебе больше не понадобится.Он потащил учёного дальше. План «Б» был запасным, и на его успех рассчитывать особо не приходилось. Но сейчас важен любой выигрыш во времени. Благо весь маршрут акции очень короткий, ещё пара минут, и он будет на борту яхты.

Служебный флаер стоял недалеко от отверстия в последней стене, и Румм, обливаясь потом, затолкал тело учёного внутрь. Он упал в пилотское кресло и повёл машину к ремонтному доку. Румм посмотрел на хронометр. С начала акции прошло четыре минуты. Спецназ, наверное, уже взламывает аварийную переборку. Док был совсем рядом, и Румм посадил флаер вплотную к яхте. Сегодня этот док не загружен, и рабочих в нём не было, а о средствах наблюдения Кинл позаботился двадцать минут назад. Их, конечно, скоро запустят, может быть даже, уже запустили, но теперь уж поздно.

Румм втащил тело на борт яхты и бросил на пол, едва миновав шлюзовую камеру. Он метнулся в рубку управления и приказал автопилоту взлетать, отправляя диспетчеру полётов личные коды Кинла. Спустя минуту яхта покинула Кольцо Марса. Румм побежал за телом учёного. Теперь осталась последняя часть, полностью продуманная господином Ва.

Румм, кряхтя и ругаясь, нёс Серебрякова в аварийный отсек. А коротышка своё дело знал, тут не поспоришь.