На пороге стоял огромный молодой мужик в чёрном кителе городской гвардии.

Разговоры мгновенно утихли, и все взгляды устремились на него. Какое-то время продолжалась каноничная сцена а-ля: «ты зашёл не в тот салун, ковбой», – а затем здоровяк зашагал к бару. Грубо протиснулся меж других посетителей, поморщился глядя на колонку и сказал Серёже:

– Выруби свою шарманку.

– Прошу прощения, но…

Бармен повиновался, и теперь в «Регалии» стало совсем тихо. Кажется, некоторые даже дыхание затаили.

– Ну-ка, дай попробовать что вы тут пьёте.

– Молодой человек, у нас акция. Если вы желаете выпить за здоровье…

– Налей, я сказал! – человек опять повысил голос. – П****ц ты непонятливый, конечно.

Сказано – сделано. Очередной табун «Корявых Лошадей» уже ждал своего часа под стойкой, и Серёже даже не пришлось ничего смешивать. Парень просто поставил перед гвардейцем шот, а тот сразу же его махнул.

– Ну и говно, – сказал великан на выдохе.

Кинул на барную стойку мятую купюру, развернулся и в гнетущей тишине направился к выходу. Но на пороге, конечно же, остановился. Обернулся через плечо и добавил:

– И выпивка у вас говно, и царь не настоящий.

– Романов – м***к! – крикнул гвардеец. – И вы все тоже! Если есть что сказать по этому поводу, ищите меня в «Сытом Льве»! – а затем бросился прочь.

И тут… то ли Серёже показалось, а то ли человек действительно двигался слишком быстро для своей комплекции…

Есть у богов такой фетиш – делать всё чужими руками. И я отнюдь не исключение.

– Ай в гат э ай оф зе та-аА-а-айгер! – пропел я. – Э файтер! Дэнсинг тру зе файер!

Музло в наушниках орало на полную. Весь из себя озорной и игривый, я пританцовывал вдоль по пустой вечерней улице, а за моей спиной в окнах городского арсенала огонь кушал занавески.

– Коз ай эм, а чемпьён! Энд ю гона хир ми ро-оОоо-оар!

На секунду я остановился, обернулся на пожар и удостоверился в том, что Шамурская успешно отступила. Если специально не задирать голову кверху, заметить её перемещения было невозможно.

Шамурская шла крышами. Хотя… слово «шла» тут не совсем подходит. Гоблинша портировалась с места на место, выстреливая себя из призрачного лука. Точно так же она попадала и в здания: либо сразу стреляла в открытые окна, либо же перемещалась на карниз. При помощи банального средства для розжига устраивала внутри огненную свистопляску и быстренько сваливала.

Какова моя роль в этой операции? Да никакова. Я здесь чисто для подстраховки Её Благородия, на случай если что-то пойдёт не так.

– Пара-рам-пам-пам-пам, пара-рам!

Ах да, ещё я немножечко вандальничаю. Баллончиком с краской пишу на подожжённых зданиях буковки «МС». Чтобы уж наверняка, так сказать.