– Да-да, Владыка, – для убедительности я даже капюшон скинул. – Докладывай, что у вас там случилось?

– Ужасное, Валадыка.

– Столкнулись с людьми Клюева?

– А? – гоблин похлопал глазами, а потом с улыбкой отмахнулся. – Не-е-е-е, Валадыка, ты чево? Мы же ещё не дошли никуда. Дезинтеграция, Владыка, – тяжко вздохнул гоблин и развёл руками. – У одного вонбанта в рюкзаке были песочновые полоски, прямо вот целый пакет. Он уснул. Я сожрал. А дальше дезинтеграция.

– Дизентерия, быть может?

– И что, прямо насмерть?

– Не-е-е-е, Валадыка, это меня свои камнями забили, штоп не заразил никого.

– А как же Седой Опездол? Он вас там не лечит разве?

Наверняка эта история гораздо глубже, а гоблин просто скромничает. А ещё она обязательно должна войти в военные хроники. И храбрецу-герою, который умудрился помереть по пути на осаду, надо бы поставить памятник на главной площади Большого Стояна.

Ну а если серьёзно, то сейчас я понял, что окончательно потерялся во времени. Кто, куда и когда прибудет мы не рассчитывали, – слишком спешили и было не до того. И что получилось в итоге? Получилось, что я гнал без сна, подпитывая божественной энергией себя и оленегаторов, и обогнал Разящее Весло. Армию гоблинов к наступательным действиям не готовили, транспорта на весь клан явно нет, вот они и попёрлись в Гремячий пешком. Причём наверняка вышли не сразу, ведь нужна была хоть какая-то подготовка.

– Сколько вам оставалось идти до места?

– Немного, – ответил гоблин. – Камандиры говорили, что к полудню доберёмся.

– Отлично. А в остальном как дела? – я чуть осёкся. – Я имею ввиду не у тебя, а вообще.

– Харашо, Валадыка. Лампаво идём, дружно.

Что ж. Если верить указателям, мне до Рубежного пара часов езды осталась. А там уже свяжусь со своими через Роя и получу нормальную сводку.

– Вон, – я указал гоблину на фуникулёр. – Шуруй давай, перерождайся. И больше чужие полосочки не воруй…

– Ловушка? – спросил Голубицкий.

– Чота паходу нет, – ответил Жабыч.

Вождь Разящего Весла лично ходил на разведку в пригород. И ничего кроме тишины и пустоты там не встретил. Всё вокруг как будто бы вымерло. Вороньё с голодухи поджирает мусорки и компостные ямы, дома обесточены и ветер гуляет по улицам. А люди ушли. Забрали всё ценное и угнали за собой скот. И стало быть, Гремячий уже закрылся.

– Мины? Растяжки? Капканы, быть может?

– А засады? Подполы домов проверяли?

– Всё проверяли. Аж до самых городских ворот дошли, никаво не встретили. Не пережовай, Лысый Опездол, чисто там.

Близко посаженные избы, деревянные двухэтажные бараки и небольшой торговый центр – вот и весь пригород Гремячего. Казалось бы, есть где спрятаться. Да и для подрывной деятельности эта полусельская местность подходит как нельзя лучше, но подвоха действительно не было.