Я не мог себе позволить использовать боевые руны, слишком затратно. Вместо этого запустил в двуглава «Ловчей сетью», чтобы замедлить его и потянул из кармашка рунную карту. «Копьё» седьмого ранга, обошедшееся мне в целых двадцать рублей осыпалось беспомощными всполохами. Я п-понять не могу как работает защита тварей! На восьмирангового змеехвоста ушло меньшего, чем я уже ввалил в этого шестирангового двуглава.

Очередная «Ловчая сеть», чтобы замедлить противника и снова правую руку окутала искрящаяся взвесь активированной карты «Копья».

— Ну наконец-то, м-мать твою!

Не сдержался я от восклицания, когда льдисто-голубой росчерк исчез в утробе твари. Меж деревьев тут же заметался оглушительный рёв полный боли и ярости. Следом «Стрелу» в одну из голов. Росчерк так же пропал из виду, впившись точно между глаз. А вот теперь оставшаяся башка взвыла отчаянно, на одной протяжной ноте, выворачивая душу наизнанку и в то же время заставляя вздрогнуть от ужаса.

Ну, кого другого это может и впечатлило бы до оцепенения, но меня это выбило из колеи буквально на мгновение. В следующее, я уже запустил в лоб твари очередную «Стрелу», которая не менее успешно пробила прочную шкуру и толстую лобовую кость. А ведь, признаться имелись у меня сомнения. Но карты тратить не хотелось, уж больно дорого, а собственного вместилища на заготовленное «Копьё» уже не хватало. Ну или нужно было как-то изворачиваться и терять время на то, чтобы подзарядиться от «Портального усилителя». Но всё срослось как надо.

Я обернулся в поисках подруги и облегчённо выдохнул. Подруга управилась с набросившимся на неё подранком простецом, спеленала других, выведенных из боя и пробиваясь сквозь снежную целину спешила ко мне на помощь.

— Ты в порядке? — на одном выдохнула она.

— В полном. А вот ему досталось, — кивнул я в сторону трупа двуглава.

— Ну т-ты… Я такого никогда не видела. То что ты вытворял… — Лена начинала восхищённо говорить, и тут же запиналась, не находя слов.

— Это что. Я ещё и крестиком вышивать умею, — не выдержав, хохотнул я.

— Ты что? Прости? Крестиком?

И тут нас пробило на смех. Напряжение скоротечной схватки наконец отпустило и нас захлестнули эмоции. Только теперь, заливаясь слезами от безудержного хохота, я до конца осознал, что ни с чем подобным мне ни разу не доводилось сталкиваться.

— Ну и что мы будем делать с такой добычей, — утирая слёзы, спросила Лена.

— Полагаю, без помощи твоих родителей и ваших крестьян, нам не обойтись, — отдышавшись, резюмировал я.

— Ну, тогда я вызываю матушку, — кивнув, согласилась она.

Извлекла карту и связалась с Зоей Павловной. Мне оставалось лишь наблюдать её ожившее изображение и высказывать свои соображения, так как я её не слышал. Впрочем, хорошо уже то, что она меня слышала.