Главное, что пока бумага проходит через артефакт, картинка переносится на бумагу, и на выходе получаем точную копию изначальной.

— А как это получается?

— А мне откуда знать. Ну, к примеру пока картон проходит через артефакт, картинку постепенно подсвечивается рунным светильником и освещённый участок наносится на чистую бумагу.

— А чернила можно поместить в ёмкость с нанесённой рунной цепочкой, чтобы они на выходе получались заряженными маной. — Задумчиво произнесла супруга.

— Зачем? — не понял я.

— Чтобы получить готовые рунные карты. — Как о само собой разумеющемся произнесла она.

— Я говорил о портрете Миши.

— Да, да, конечно. — Впав в прострацию произнесла она, передавая мне сына.

Не знаю, что там у неё щёлкнуло. Потом она меня ещё несколько раз пытала, как именно я вижу этот самый ксерокс-копир. А что я мог ей рассказать? Но и того, что поведал оказалось достаточно. Тут похоже нужны были сама идея, способности, жажда нового, ну и конечно же незашоренный взгляд.

Вообще-то всё это у неё имелось когда я подкинул идею с винтовкой, но там у неё ничего не получилось, а тут словно осенило. Не сказать, что она сходу создала копир. На всё про всё ей понадобилось восемь месяцев, но это всё равно очень и очень быстро, даже несмотря на мою помощь. Просто без участия изографа у неё ничего не получалось. В смысле, копировать картинки вполне, но не более. Пока она не решила привлечь к работе и меня. Вот тут всё и получилось как надо.

Правда, копир вышел не без недостатков. К примеру с моей помощью ей удалось изготовить артефакт копирующий карты только седьмого ранга, соответствующие тем параметрам при которых и был создан этот прибор. То есть с разовым лимитом для карт в пятьдесят единиц. Мне даже курсы медитаций пришлось на время прекратить, пока я не написал два комплекта различных карт, на случай если один будет утрачен. Месяц на это дело убил, не развиваясь и оставаясь всё это время на одном месте.

Второй недостаток состоял в том, что копировать артефакт мог только с оригиналов. С копий получались обычные картинки, хотя маны на их создание уходило ничуть не меньше.

Третий, прожорливость артефакта, которому требовалось вчетверо больше маны, чем несла в себе рунная карта. Так при заряде семиранговой в пятьдесят единиц, на её изготовление требовалось затратить двести.

Впрочем, грех жаловаться. Ведь на фоне получаемой выгоды это такая мелочь. Только я за сутки мог сливать в алтарь полторы тысячи единиц маны. Ольга чуть больше шестисот, матушка порядка пятисот. Вместилище ведь способно полностью восполнять свой заряд в течении двенадцати часов, а значит и сливать ману можно дважды в сутки. Собственно именно так и поступают многие дворяне сдающие её в казну за скромное вознаграждение.