Постарался только максимально сократить ответы, чтобы не болтать лишнего.

— Тогда почему ты здесь? — его вопросы звучали резко и отрывисто.

— Работа. Айма заменяю.

— Чем он занят?

Ну, ладно.

— Он уничтожен.

Я много раз видел, как люди рассыпаются на части, узнав о смерти близких. Но в первый раз имел сомнительное удовольствие наблюдать шок и горе человека, для которого демон был таким вот “близким”.

Говорю же — дерьмо.

— Но это же невозможно, — пробормотал старичок, тяжело оседая на кресло. — Невозможно! Он же бессмертный!

Я проигнорировал, благо по форме своей это и близко не был вопрос. Человек, впрочем, довольно быстро исправился: поднял на меня холодный и обжигающий одновременно взгляд.

— Ты лжёшь, — края пентаграммы начали ощутимо накаляться. О, здравствуйте, старые добрые пытки! Давно вас не было — и вот опять. — Ты лжешь?

— Нет, — ответил я равнодушно, прекрасно понимая, что за этим последует.

На удивление, не последовало: человек обмяк в своём кресле, пару минут посидел, опустив голову, а потом словно бы собрался и сел ровнее, снова посмотрев на меня.

— Что же, — сказал он. — Твоё имя, демон.

Хотел бы я соврать, но печати не давали и доли шанса."

"— Шаакси, — представился я самым новым в надежде, что человеку оно ничего не скажет.

Глупой надежде, будем же честны. Чтобы кто-то вроде этого старикашки — и не знал нас поимённо?

— Шаакси — это на новый манер… Значит, Шах, Шакс, Шаакс, Шааз, Шаз. Гений воздуха, демон-аист, хозяин лесных голубей… Маркиз безумия и слепоты, тот, кто показывает всё и не позволяет подлинно видеть ничего… Кто может раскрыть любую тайну, даровать самый соблазнительный на свете голос и украсть любое сокровище в пяти мирах… Это ты?

Не, это всё лестно, конечно… Но прям с “любым” сокровищем они всё же здорово перегнули. Понапишут в листовках обещаний, а мне потом отдувайся! Да и вообще… Как же мне хотелось соврать, а! Кто бы на белом свете знал.

— Да. Но знаешь, в этом описании от отдела рекламы мои достоинства всё же здорово преувеличены, — не нравится мне его оценивающий взгляд.

Дедуля не обратил на мои слова никакого внимания.

— Хорошо, Шааз. Да будет так. Расскажи мне теперь, что случилось с Аймом.

Вот что за день, а?

— Не знаю подробностей, человек. Мне известно только, что один из клиентов Айма нанял экзорциста с языческими игрушками вроде кинжала-убийцы демонов, висящего у тебя на стене…

Руки старичка сжались в кулаки.

— Имя, — бросил он. — Клиента и экзорциста. Дай мне их имена и объясни, где я могу их найти. Говори!

Да ладно.

Нет, да ладно?!

— Понятия не имею.

— Кто имеет? Дай мне имена, я вызову его, — дедуля, спокойно и деловито потирающий очочки напротив, пугал до икоты.

Даже знать не хочу, вот честно, каким божеством он там благословлён.