— Ты не Августина, — выдает, гордо выпятив грудь вперед. Женская грудь в перьях, на птичьем туловище, то еще зрелище. Никаких фильмов ужасов не надо.

— Умничка, птичка, пятерка за сообразительность. Раз мы все выяснили, выход знаешь где, — пытаюсь рукой оттолкнуть ее. Тяжелая зараза.

— Я не птица! — кудахчет возмущенно.

Ох, ты я задела ее ранимую куриную душу.

— Кто ты? — Семен чуть ближе подлетает к ней. Ее видок даже на котоворона произвел впечатление.

— Сентелла, — когтистой лапой поправляет перья на голове, — Священная дева зеленого королевства.

Дева… я очень некультурно поперхнулась.

— И? — не знаю, что еще сказать.

— Ты жива только по моей милости! — устремляет руку к моему горлу, не дотрагивается, но я чувствую, как вновь пропадает доступ к кислороду. Обидела я, видите ли, ее зеленое величество. Не оценила «счастья» лицезреть сие чудо. — Кто ты такая? Что ты сделала с Августиной? Ты мне все расскажешь! — скалится.

— Я бы тоже очень хотела знать, где эта ваша Августина, — хриплю. Хватка на горле усиливается.

— Иномирянка, — один взмах крыла, и я снова могу дышать.

— Угу.

Потому я понятия не имею, какие у вас там терки с Августиной. Оставь меня в покое. Лети себе к зеленым, — хмурюсь. Достала меня эта болотная дева.

— Это ничего не меняет, — гордо выпячивает грудь, говорит тоном, по меньшей мере, императрицы. — Пока не найду Августину, все ее обязательства и обещания возлагаются на тебя.

— Чего это? — тут уже градус моей злости возрастает. — Набедокурила она, вот с нее и спрашивай.

— Ты вместо нее. Значит, тебе и ответ держать, — продолжает вещать приказным тоном. — А посмеешь ослушаться, то век будешь ползать по земле, не зная покоя!

От ее этой непонятной фразочки, мороз по коже.

Вроде и ничего конкретного не сказала, а реальность угрозы в воздухе летает, мерзкими щупальцами ко мне прикасается.

— Что тебе от меня надо? — спрашиваю упавшим голосом. Что-то мне подсказывает — она так просто от меня не отцепится.

— Зачем тебе пони? — даже не пытаюсь скрыть удивления.

— Не для твоего скудного ума сие знание, иномирянка, — важно изрекает.

В коридоре слышатся шаги. Зеленое нечто издает булькающий звук, превращается в зеленый туман и растворяется в воздухе.

Будто и не было ничего. Но оно, к сожалению, было.

Дверь открывается и на пороге возникает красноволосый.

— Вы уже проснулись, — оглядывается по сторонам, ноздри раздуваются. — А что это за смрад я чую?

— Ворон воздух испортил, — вру, не моргнув глазом. Игнорирую недовольное шипение Семена.

— Хм… — протягивает помощник. — Огненное величество желает вас лицезреть.

— А у меня нет желания. Дайте поспать! — бью кулаком по подушке.

Еще мне красного дракона не хватало.