Нет! Мои глаза! Я не хочу это видеть! Так нечестно!

Сгладываю вязкую слюну. Передо до мной стоит мужчина. Обнаженный! На бронзовом мускулистом теле играют алые блики. Кожа смуглая, гладкая, манящая. Отчетливо просматривается каждая рельефная мышца. Таких не бывает! Это плод моего воображения! Кто-то залез ко мне в голову и своровал оттуда образ идеального мужика! А внизу у него… Не смотреть! Фу! Нельзя! Но я все же смотрю. Судорожно облизываюсь…

Что сказать… Фигура божественная…

А вот поднять взгляд оказывается труднее. Лицо… как он выглядит… Дух захватывает от предвкушения…

Но он и тут, превосходит все мои даже смелые фантазии… Это запрещенный прием! Нельзя быть таким сногсшибательным!

Жадно рассматриваю черты лица.

Мужчина тем временем поднимает руку вверх, щелкает пальцами, в тот же миг черный ворон подлетает и кидает ему одежду. Он не спеша одевается, не сводит с меня взгляда. Какие же у него глаза… окантовка радужки практически черная, с багровыми вкраплениями, а ближе к середине светлеет. Он гипнотизирует. Затягивает. Невозможно разорвать контакт. Сердце пускается вскачь.

Зачем он одевается?! Зачем прячет красоту?! Мелькают идиотские мысли. Сама себя не узнаю. Чуть не теряю голову от незнакомого мужика. Скорее всего, врага.

— Августина, — нарушает молчание. Этот голос… проходится по нервным окончаниям. Даже не сразу соображаю, каким именем он меня назвал. — Ты реально думала, что я прощу твое предательство?

— Чего? — я сбита с толку. Плохо соображаю. Его хриплый томный голос опутывает.

Мысленно даю себе оплеуху. Пора приходить в себя. По своему опыту знаю, чем красивее мужик, тем большим козлом он в итоге оказывается.

Только почему-то определение «козел» совсем не подходит незнакомцу.

— Ты выбрала Мирграда. И проиграла, — на идеально очерченных губах появляется хищный оскал. — Неужели реально думала, что сможешь от меня сбежать?

Что тут ответить? Он сначала сразил меня наповал. Использовал запрещенный прием. До сих пор перед глазами его обнаженное тело. Ммм… как это развидеть? Как избавиться от этого наваждения?

Я начинаю тихо ненавидеть Августину. Вот какого она свалила на меня свои косяки? Какие договоренности? Что этому красавчику… тьфу ты… вражескому дракону от меня надо?

— У нее последнее время проблемы с головой.

Так что не удивительно, — вмешивается в наш разговор Семен.

Это он типа так «помогает»? И на меня оборачивается, пускает молнию, попадает мне в руку. И едва заметно качает головой. Это он мне подсказывает не признаваться?

Так это и так понятно. Если дракон узнает, что я попаданка, и во мне нет надобности, то… последует примеру моего муженька. Или еще чего хуже придумает.

Эх, надо выкручиваться.