Острие кольнуло и пробило кожу, вокруг него начало медленно расползаться пятнышко крови. Я покрепче стиснула рукоятку. Казалось, стоит только ее выпустить – и стилет сам нырнет между ребер, как в воду, не встречая сопротивления.

– Закрой глаза, расслабься, и спустя несколько минут Круг активируется. – Лереена сказала это таким бесцветным и равнодушным голосом, словно давала мне указания, как найти в погребе бочку с мочеными яблочками.

– И все? – опешила я. – А заклинание? А источник силы для первичного толчка? Разве Круг может активироваться сам по себе?

Ни в коем случае, безапелляционно заявлял Учитель на лекциях по практической магии.

Без черных кошек, брыкающихся девственниц или хотя бы разом выплеснутого резерва Ведьмины Круги оставались безобидными рисунками в пыли. После активации – да, они могли пребывать в рабочем состоянии годами и даже разрастаться, как дыры в прохудившихся сапогах, черпая энергию из разницы ее уровней с той и этой стороны. Но даже сапог без шила не пробьешь, а тут – междумирье!

– Если ты истинная Хранительница, источник заключен в тебе самой. – Лереена по-прежнему стояла рядом, но Ролар молчал – видимо, правилами это допускалось.

 – Нужно только его высвободить.

– Я же сказала – лежи спокойно.

От такого ответа мне захотелось вскочить и с воплем убежать куда глаза глядят, высадив дверь вместе с заклинанием. Что бы там Ролар ни говорил, Лереена вела себя очень подозрительно, словно предвкушая некую забаву, которая обернется для нас западней.

– А куда я попаду и как мне искать там Лёна?

– Он сам тебя найдет. Подумай лучше, как убедить его вернуться.

– И что я должна ему сказать?

– Тебе лучше знать.

 – Улыбка Лереены стала совсем уж змеиной. – Не зря же он выбрал именно тебя. Вспомни, что было для него важнее всего? Может, остались какие-нибудь незаконченные дела, невыполненные обязательства? Или у вас есть общая тайна, которую он доверил только тебе?

«Если бы он мне доверял, я бы тут не лежала», – мрачно подумала я, с огромной неохотой закрывая глаза. Видимо, на улице взошло солнце; косые утренние лучи пока не залетали в храм, но выбеленное ими небо слепило даже сквозь веки.

– Он Повелитель Догевы, и на нем держится… держалась вся долина.

Возможно, стоит напомнить ему об этом, – издалека подсказал Ролар.

«Ага, – мрачно подумала я, – он и при жизни-то таких напоминаний терпеть не мог. Один Кайел чего стоит».

Лежать с закрытыми глазами, невесть чего ожидая, было не то чтобы страшно – жутко до умопомрачения. Время тянулось так медленно и противно, что между ударами сердца я успела бы досчитать до ста, возникни у меня такое желание. Прошли месяцы и годы, прежде чем оно хоть немножко ускорилось.