— Гена, что это значит?! — отталкивая его руку, Элизабет прошла дальше в комнату и, развернувшись к ним двоим, сказала: — Я не хочу, чтобы твоя служанка была здесь! Она слишком молода для такого и мне это неприятно, — голос англичанки стал твердым, в нем сильнее чувствовался английский акцент. — Пусть немедленно уйдет отсюда. И сегодня у нас будет немного другая игра.

— Но Элиз… — Мышкин растерялся, понимая, что их с Талией план рассыпается с самого начала. Точнее план Талии. Он был против этого. Как Родерик, он мало помнил связанного с английской баронессой. Память являла кое-что непристойное, относительно этой женщины: ее голую, связанную, исполняющую его капризы. И ощущение от таких воспоминаний были странными: с одной стороны они были неприятны, и он испытывал к ней жалость, с другой все это его дико возбуждало. — Ты должна, Элиз. Ты же это на самом деле любишь.

— Гена, что за жесть?! Хватит с ней церемониться! Раздевайся, шлюха! Сейчас мы поиграем, как ты любишь! — голос госпожи Евстафьевой стал резким. Она схватила с полки короткий кнут со стальными шариками на конце и щелкнула им, едва не задев англичанку.

Элизабет такого не ожидала. Она даже не могла предположить, что агрессия будет исходить не от князя, а от незнакомой ей девушки. Элиз не успела призвать демона на помощь, и второй щелчок хлыста прошелся по ней, обжигая тело через куртку. Элиз отпрыгнула и через миг пришла в ярость. Мизинец откинул замок сумочки, рукоять остробоя легла в ладонь чуть позже, чем кнут обжег ее бедра. Элизабет просто не смогла отскочить, оказавшись между столом и шкафом.

— Остановитесь! — вскрикнул Мышкин, метнувшись между англичанкой и Принцессой Ночи.

Но было уже поздно: дротик угодил князю в живот, второй почти в то же место левее.

— Блядь! Ах ты сука! — от вида раненого, оседающего на пол жениха, Талию пробрала такая ярость, что руки ее затряслись. Она пронзительно взвизгнула, в один миг оказалась возле англичанки, готовая задушить ее кнутом. Для госпожи Евстафьевой остробой в руках противницы не стал серьезным аргументом.

Элизабет не выстрелила, остановилась в последний момент, хотя могла бы сделать в ней несколько дыр. Демон помог ей увернуться от руки Талии. В следующий миг тяжелая рукоять «Гаранта» резко и точно ударила в темечко Принцессу Ночи, так что брызнула кровь.

У Талии потемнело в глазах, выронив кнут, она со вскриком упала. Родерик тоже едва не закричал. Он не понял, что произошло с его возлюбленной. Ему показалось, будто нечто особо страшное. Возможно, англичанка выстрелила и даже убила его невесту. Превозмогая боль, он приподнялся.

— Спокойно, князь! — холодно сказала Элизабет, быстро обретая самообладания. — Я не рассчитывала на такие игры. Не скрою, я шла наказать тебя.