Я последовал за ней к воротам их роскошного родового особняка, с западной части окруженной рядом колонн кенийского мрамора.

— Вот и папа летит, — Ольга подняла голову, глядя в сторону низко нависшей тучи.

Я тоже приметил быстро приближавшийся «Орион». Он вынырнул из тучи, сверкая на солнце полированной сталью, заложив крутой вираж, пошел на посадку.

Помимо дворецкого и немолодой служанки в просторном вестибюле нас встретил робот модели «Дока-5» разработки донецкого отделения «Умных Систем». Ольга представила меня служанке, а дворецкий прежде имел знакомство со мной и сразу с почтением поздоровался.

— Саш, проводи Александра Петровича к столовой и позаботься, чтобы он не скучал, — распорядилась Ольга Борисовна. — Я быстро переоденусь и тоже подойду, добавила она, повернув голову ко мне. — Или пойдешь со мной?

Вот тут у меня возникло секундное непонимание: «Дока-5» зажужжал, глаза его счастливо вспыхнули оранжевым и он, сделав элегантный жест многосуставным манипулятором, пригласил:

— Милейший сударь, прошу, прошу сюда! У нас прекрасная столовая, и время, скажу я вам по секрету, сейчас самое обеденное!

— Он «Саша»? — я перевел взгляд на княгиню, не обращая внимание на улыбку дворецкого и робота, пытавшегося увлечь меня по коридору.

— Да. Ну извини, — Ольга порозовела, сдерживая смех. — В честь тебя назвала. Разве это плохо?

— И когда это стряслось? — полюбопытствовал я, зная, что «Дока-5» — свежая модель.

— Перед Новым годом. А что? — она остановилась, облокотившись на мраморные перила лестницы.

— Позволь, я все-таки пойду с тобой. С моим тезкой потом как-нибудь пообщаемся, — сказал я, поднимаясь за княгиней и уже за поворотом лестничного марша, там где нас никто не слышал, добавил: — Выходит, пять месяцев назад, это имя в твоем понимании было пригодно только для робота?

— Сашенька, причины этого могут быть в корне иными.

Например, такие, что я в то время думала о тебе. И не забывай, что я люблю роботов. Мне нравится с ними общаться, нравится задавать им нестандартные алгоритмы и обучать их новому, чего они прежде не умели. Поэтому, я дала имя «Доке» которое мне достаточно близко, — Ольга открыла двери, пропуская меня в собственные трехкомнатные покои, одетые бежевыми с позолотой обоями, красиво подсвеченные крупными кристаллами туэрлина.

— Здесь ничего не трогай, — она кивнула на длинный стол с эбонитовой столешницей, на котором стояло две цилиндрических емкости из толстого стекла. В них в специальной алхимической жидкости плавали мозги каких-то животных, подключенные трубками и проводами к металлической тумбе с бронзовой табличкой «Системы Савельева».