Олег вздыхает.

— Я не могу сказать однозначно, что он меня привлек. Скорее, в какой-то момент именно в нашем кинке такая расстановка стала обеспечивать нам психологическую гармонию.

Хасан понимающе кивает.

— Ты отыгрываешь или действительно чувствуешь ее власть?

— Я больше скажу, я не в силах эту власть преодолеть. Я пытался. Но она не сексуального характера.

— Настоящая Тема не является сексуальной практикой. Это практика ментальная. А секс, всего лишь одна из сфер, где происходит общение.

— Ты хочешь сказать, Хасан, настоящая тема — это всегда лайф-формат? И формат сессий — просто игра?

— Любой формат — просто игра, — тушу я сигарету.

 — Как только установлены правила и игроки договорились соблюдать их, все, что между ними происходит превращается в игру.

— Соглашусь с барышней, — улыбается Хасан.

— Что тогда существует вне игры? — переводит на меня взгляд Олег.

— Вне игры? Вне игры существует только нерегламентированная боль или страх этой боли. Потому что правила дают тебе гарантии безопасности, определенность и зону комфорта. Зачастую иллюзорные, но всё же. А их отсутствие только неопределенность.

Неопределенность травмирует.

— Какая глубокая мысль, — поднимает бокал Хасан."

"— Нет ничего привлекательного вне правил? — вглядывается Олег в мои глаза. — Вне игры?

— Есть уровни игры. Пространство вне игры практически недостижимо. Любая роль обуславливает игру, любой язык, любое правило, любая договоренность… Ты можешь вообразить себе пространство вне игры? Это какой-то крайний случай радикальной анархии! И то… у нас как минимум есть правила, заданные нашими языком, телами, природой, сила тяжести, в конце концов. Пространство изначально игровое! Сансара!

— Мне кажется у нас родилась новая тема для дискуссии — «философия Игры».

Женечка, я Вас приглашаю, как носителя идеи.

— Мне будет очень приятно обсудить это. Ваше приглашения я принимаю.

— Если мы подружимся, лет через десять я с удовольствием передам свой клуб Вам, Женечка. Здесь, к сожалению, у меня не случилось «наследника». Олег бы безусловно мог занять мое место. Но он такой мизантроп! — закатывает глаза Хасан.

— О, да! — смеюсь я. — Позвольте ему любить только меня.

— Уверен, что Вы, Женечка, можете заменить ему всех.

Другой причины для него надеть Ваш ошейник я не могу представить.

Прижимаюсь губами к виску Олега. Вдыхаю запах его волос. В нем столько всего… Он наполняет мои легкие проникая дальше, в живот, в пах, выстреливает в затылок. Я вся пронизана этим запахом. И со стоном я выдыхаю его. Воздух выходит, а наполненность в моем теле остается.

— Я кончаю от твоего запаха… — шепчу ему я.

Он ведет носом по моей шее и то, как он глубоко вдыхает мой запах, холодит мою шею.

— Да, — удовлетворенно.