— Каковы желания, что привели вас ко мне?

Женя вежливо улыбнулась и нырнула в объяснения:

— У моей тети день рождения, хочу подарить ей что-нибудь особенное. Мне нужны редкие экземпляры книг, подойдут любые, античка, возрождение, серебряный век…

— Все равно их читать не будут, — хмыкнула я и подошла ближе. На прилавке лежала безвкусная бижутерия в таком беспорядке, словно ее кто-то высыпал в спешке.

— Пойдешь дальше, найдешь более древние фолианты, ближе останешься, найдешь более ранние, — ведьма указала скрюченным пальцем на книжный шкаф. — Справа родные авторы, слева заморские.

Мы с Женей недоуменно переглянулись, и подруга, выдавив растерянное «спасибо», упорхнула к книгам. Я тоже собралась идти за ней, но ведьма побарабанила по столу, заставив обернуться.

И откуда только появляются такие жуткие бабули? Она смотрела на меня в упор, словно пыталась выжечь все серое вещество из черепной коробки.

Во мне начало просыпаться беспокойство. Склочных людей за версту учуять можно: веет от них недоброжелательностью, как дешевыми духами. Ведьма зловеще прищурилась — странно, никогда не видела, чтобы люди прищуривались в реальности, а не только на страницах книг, да так, что глаза превратились в две тонкие линии.

— Зачем взгляд за черными стеклами прячешь? — спросила она. — Все равно ничего не скроешь.

— Это вы про солнцезащитные очки?

Неудивительно, что, кроме нас, в этом магазине никого не было. Наверное, Женя первая потенциальная покупательница за сотню лет, если вообще не единственная.

— Здесь нет солнца, — сообщила старуха.

— И что? Здесь запрещено быть в очках?

— Хочу увидеть твои глаза, девочка.

Я даже усмехнулась. Складывалась совершенно нелепая ситуация, над которой можно было бы посмеяться, если бы не ощущение невидимой угрозы. Женя прокричала из глубины магазина:

— Вита, будь вежливой!

Ладно, мне не сложно. Не хватало еще, чтобы эта продавщица наложила проклятие из-за очков. И чего сегодня к ним все пристали? Я водрузила их на голову, а ведьма удовлетворенно клацнула зубами, разглядывая мое лицо.

— Есть у меня для тебя кое-что.

Она достала из-под прилавка серую толстую книжку и осторожно положила ее на стол. На потертой обложке не значилось ни автора, ни названия.

— Не собираюсь ничего покупать, — на всякий случай сказала я, но книгу в руки взяла: просто из вежливости, ну еще немного ради любопытства.

Первая страница была желтовато-белой и грозилась рассыпаться при любом грубом движении, но чернила, на удивление, не выцвели и даже казались новыми.

«Пение птиц разбудило Золушку на рассвете…»

— Вы это серьезно? — первая строчка разочаровала, потому что таинственная обложка обещала содержимое, куда более интересное. Я раскрыла книгу в середине.