За столом с белой скатертью сидела Дризелла, и теперь мне удалось разглядеть ее лучше. Вторая сводная сестра и вполовину не обладала красотой Золушки: угловато-худая, она напоминала скорее бракованную куклу. Хотя, наверное, в этом мире я выглядела так же несуразно.

— Ты почему все еще не одета? — спросила Дризелла, округлив глаза.

Элла осталась стоять в дверях, поэтому я тоже не спешила садиться за стол. К тому же было накрыто всего три места: одно для Дризеллы, второе для меня, а третье…

— Что за столпотворение?

Сердце пропустило несколько ударов то ли от радости, то ли от ужаса. Эти язвительные интонации я бы узнала из тысячи: они заставляли холодеть внутренности каждый раз, когда приходилось заходить в гости к Жене.

— Вы. — я повернулась, встречаясь взглядом с Роксаной. — Это правда вы.

Женькина тетка стояла передо мной с невозмутимым выражением на лице. Вокруг ее головы почти клубились грозовые облака, настолько жуткая аура окружала фигуру женщины.

Она казалась другой, более статной и могущественной, но все-таки была частичкой моего мира. Поэтому я едва сдержалась, чтобы не вцепиться в нее.

— Вы знаете, что происходит, да? Женя тоже здесь? Какое счастье, что я не одна в этом кошмаре.

Надежда, такая яркая надежда взорвалась фейерверком в груди, заставив задохнуться.

— Анастасия, дочь, ты в своем уме? — Роксана раздраженно отмахнулась от меня и прошла к столу. — Ты сегодня выглядишь неопрятно, а говоришь странно. Наверное, стоит вызвать лекаря.

— Следи за языком, — ее глаза рассержено сверкнули, — что за вздор ты заставляешь меня слушать?

Я ошарашенно опустила руки и почти заплакала от разбившихся ожиданий.

Роксана меня не узнала, и ни один мускул на ее лице не выдал, что она играет роль или притворяется. В этом мире я была ее дочерью, и это очередная насмешка от ведьмы: подсунуть мне человека из реальной жизни как напоминание, что она, эта настоящая жизнь, у меня все-таки была, пока ее не отняли.

— Не стой, садись завтракать, — добавила Роксана более мягко, — ну же.

Я почти неосознанно опустилась на стул и вперилась взглядом в чайный сервиз: выцветшие незабудки на боках чашек словно насмехались надо мной.

— Она сегодня ведет себя странно, — пожаловалась Дризелла, — утром вопила и Люцифера напугала, потом еще с Золушкой шушукалась.

— Что с тобой случилось? — спросила Роксана, и я поежилась от ее тяжелого, давящего внимания.

Элла, до этого гремевшая подносами в стороне, замерла, тоже прислушиваясь к моему ответу. Казалось, все в этом сказочном мире застыло в ожидании моих слов: и плющ, и особняк, и даже мухи зависли в воздухе.

— Мне приснился плохой сон, — ответила я с вызовом. — До сих пор не могу прийти в себя.