Бард снова берет мою руку и переплетает наши пальцы.

— Не беспокойся о ней, — шепчет он, его теплое дыхание обдувает мое ухо, а глубина его голоса заставляет кожу покрываться мурашками. — Я обещал заботиться о тебе. Сегодня вечером я твой.

Эти слова эхом отдаются в черепе.

Жар поднимается к щекам, но это ничто по сравнению с тем, что происходит у меня между ног. Мой разум придумывает двойные смыслы там, где их нет, и я почти готова броситься на Барда или сделать что-то столь же неуместное.

Словно на автопилоте, я поднимаюсь со своего места и кладу салфетку на стол. В разговоре наступает пауза, и взгляды мужчин заставляют меня нервно вздрагивать.

Бард смотрит на меня, нахмурившись.

— Брианна, ты в порядке?

— В уборную, — бормочу я.

Собрав всю унцию уверенности в себе из окружающей среды, я на дрожащих ногах иду через приватную столовую.

Это может означать что угодно: от внимания до... Я стряхиваюсь от этой мысли и отбрасываю ее как желаемое. Бард не может флиртовать. Он отец Коннора, черт возьми. И его не могут интересовать женщины. Он только что узнал, что его жена - стерва-изменщица, которая замышляет его смерть.

Когда я захожу в ванную, мой пульс бьется так сильно, что вибрирует каждое нервное окончание. Никогда еще за двадцать один год жизни я не чувствовала себя такой живой... и такой желанной.

В свете люстр, распространяющих лучи света во все стороны, я с трудом узнаю гламурную женщину, отражающуюся в зеркале ванной комнаты. Щеки раскраснелись, губы стали еще ярче, чем были раньше. Макияж глаз, нанесенный Имоджен, подчеркнул серебро в моих радужках. Черт, я почти похожа на модель из инстаграма.

Я спускаю холодную воду из крана, смачиваю пальцы в воде и брызгаю капельками на кожу. Но мне все еще слишком жарко.

Как я еще стою на ногах и не самовоспламеняюсь? Я сейчас ужинаю в кругу ирландской мафии. По словам этого огромного парня, Лу, я единственная женщина, которая когда-либо сидела за этим столом. Почему я не превратилась в кучку пепла?

Он велел Лу отступить и объявил остальным, что я под его защитой. Он мог бы передать меня одному из своих телохранителей, чтобы тот поместил меня в «Особняк Мирабилис», но привел меня, чтобы познакомить со своей семьей. Он хотел, чтобы я была рядом с ним.

Это его способ оградить меня от того, что случится с Коннором?

Бард, скорее всего, прогонит его. Я не могу представить, чтобы такой хороший человек, как он, заказал убийство собственного ребенка, даже если их отношения длятся всего семь лет.

Я прикладываю прохладные пальцы к виску и набираю в легкие воздух. Больше нет причин бояться - у меня есть Бард.

Теперь эти слова - бальзам на мои расшатанные нервы, и я с усилием сбрасываю напряжение. Слава богу, что сегодня я врезалась в лимузин Барда.