Коннор никогда не рассматривал меня так пристально, даже когда я была голой. Бард смотрит так, словно хочет поглотить.

— Не слишком ли короткое платье? — пищу я.

Бард пересекает комнату и кладет обе руки мне на плечи, взрывая мои нервы искрами удовольствия. Он мягко поворачивает меня к зеркалу в полный рост и становится у меня за спиной.

— Это платье слишком короткое, — шепчет он мне на ухо, его дыхание согревает мою кожу. — А то, как ты в нем выглядишь, вызовет бунт.

Я уже собираюсь предложить что-нибудь менее откровенное, когда он обхватывает меня за талию и притягивает к себе. Мое сердце громко стучит, а дыхание учащается. Что-то твердое упирается мне в спину, но оно слишком металлическое и расположено высоко на его теле, точно не эрекция.

— Но не беспокойся о том, что другие мужчины захотят попробовать тебя на вкус. У меня есть пистолет.

Всю короткую дорогу до ресторана я размышляла над предложением Барда защитить меня с помощью его пистолета, не зная, флиртует он, шутит или прикалывается.

То, как он смотрел на меня в бутике, не было защитой, и как он стоял позади меня в зеркале. В тот краткий миг я почувствовала себя желанной, но это могло быть лишь моим воображением.

Когда Бард помогает мне выйти из лимузина, от прикосновения его руки меня бросает в дрожь. Я смотрю на него сквозь ресницы, но вся теплота исчезает, оставляя после себя стоическую маску. Как будто он готовится к битве.

Мышцы напрягаются, и я упираю локти в бока, все мои чувства начеку.

Трое телохранителей окружают нас сзади, а Лиам идет впереди. Мои пальцы дрожат от перспективы разговора с боссом. Я сжимаю кулаки и подхожу ближе к Барду.

Даже снаружи «Ле Селлье» выглядит как огромный ресторан с белыми стенами и серым мраморным полом. Со сводчатого потолка свисают огромные стеклянные светильники, создающие рассеянное освещение. В таком месте девушки вроде меня должны работать, а не ужинать.

Мы подходим к двустворчатым дверям заведения, и ветерок обдувает мои голые руки и ноги, от чего ощущаю себя уязвимой и незащищенной. Женщины внутри одеты в коктейльные платья, как в дорогую броню, а на мне наряд - не более чем вторая кожа.

Бард кладет руку мне на поясницу, и тепло его пальцев просачивается сквозь тонкую ткань платья. Его прикосновение - защитное или собственническое? Трудно сказать, когда я не могу прочитать его выражение лица. Еще труднее понять, когда его прикосновение вызывает волну тепла между моими ногами.

Сжав бедра вместе, я подавляю стон, забыв о том, что одета неподобающим образом. Я не должна возбуждаться. Не от перспективы ужина.

Администратор открывает дверь, мгновенно узнав Барда, и проводит нас по периметру огромного помещения.