— Не ровен час, еще на кошку мою наступите!

Сестрички-ведьмы застыли и стали похожи на страшноватых кукол с неподвижными презрительными лицами, с которых на Тьюлип смотрели три пары одинаковых, слегка выпученных черных глаз.

— Твою кошку? — ледяным тоном протянула Люсинда.

— Да, мою кошку! А теперь отойдите от нее подальше, пока не задели бедняжку Фланци своими остроносыми башмачищами!

— Люсинда, не трогай ее. Она и так едва жива осталась после вашего вмешательства в дела принца Чудовища. Я не хочу, чтобы вы вновь причинили вред моей девочке!

Тьюлип знала Няню давно, практически всю свою жизнь, но еще ни разу не слышала, чтобы та говорила настолько серьезно и веско. Так она не разговаривала даже тогда, когда схлестнулась с Урсулой.

— Какое отношение они имеют к принцу Чудовищу? — спросила Тьюлип, переводя взгляд с сестричек-ведьм на Няню и обратно. — И вообще, кто эти женщины?

Няня накрыла своей ладонью руку Тьюлип, стараясь успокоить принцессу.

— Это сестры Цирцеи, дорогая. Они здесь для того, чтобы помочь нам ее найти.

Сестры Цирцеи? В самом деле? Ну, в том, что они сестры, сомневаться не приходится, похожи друг на друга как горошины. И одинаково зловещие какие-то. Волосы у всех троих черные, как смола, кожа белая, словно рыбья кость, глаза и так большие, а кажутся совсем громадными, потому что навыкате и жирно подведены тушью. Все трое тощие, ножки — щепки, ручки — прутики, и смотрят… Не нравилось Тьюлип, как эти сестрички на нее смотрели, да и все тут!

Если честно, сестрички напоминали Тьюлип восставших из гроба мертвецов, а вот Цирцею… Нет, Цирцею они ничем не напоминали, простите.

— Осторожнее, дорогуша, нам грубить опасно, — со смешком предупредила принцессу Люсинда. Ее сестры тут же оживились, затараторили.

— Развей ее по ветру, Люсинда! Она украла нашу кошку!

— Давайте сварим ее в масле, а потом подарим на Новый год той румынской ведьме!

— Успокойтесь, сестры, — сказала, продолжая смеяться, Люсинда. — Ничего она не украла. Вспомните, наша Фланци жила в замке Чудовища, когда принц был обручен с Тьюлип. Она же не знала, что кошка наша. Откуда ей было знать об этом?

Няню удивила неожиданная рассудительность Люсинды. Ведь может держать себя в руках, когда захочет. А вот Руби и Марту буквально распирало. Насиделись они взаперти за последние месяцы, натерпелись, намолчались, и теперь им приходилось из последних сил сдерживаться. Ах, с каким удовольствием они открыли бы прямо здесь, среди гостиной, ворота в преисподнюю и запихнули в них маленькую паршивку-принцессу, чтобы никогда больше не видеть ее ангельского личика!

— Следите за своими мыслями, сестры, — предупредила их Няня. — Иногда наши желания сбываются, причем самым неожиданным образом.