Да что с ней не так?

Почему я не могу выкинуть из головы эту девчонку? В ней же нет вообще ничего особенного!

Засунув в карманы подмерзшие руки, я пнул попавшийся на глаза камень и призвал немного силы, чтобы согреться. Сколько я уже здесь? Стемнело. После бессонной ночи и игры со Скайхоллом в теле скопилась усталость, но вместо того, чтобы пойти к Дэну и завалиться спать на своей койке, я стоял перед домом Миллерс и пытался поймать в окне ее мелькнувший образ.

– Так, – я глубже засунул руки в карманы и нахохлился. – Раз уж приперся…

И решительным шагом пошел прямиком в кафе. Тепло, стоявшее внутри, обволокло меня, и я остановился в паре шагов от двери, не зная, что делать. Пару мгновений помедлил, а потом встал в очередь.

– Три рулета с изюмом и корицей, – попросила стоявшая передо мной бабушка. – Пойду внучиков побалую.

– Внуки – это святое, – одобрительно ответил мистер Миллерс. Он сегодня был в клетчатом фартуке и таком же клетчатом поварском колпаке, который больше напоминал бандану. – С вас два четвертака и шесть грошей.

Бабушка расплатилась мелкими монетами, и я оказался прямо перед хозяином заведения.

– Маркус, – улыбнулся он, опершись о столешницу обеими руками. – Проголодался? Угощаю за свой счет!

– Вообще-то да, – ответил я и прочистил горло. – Но вообще я хотел проведать Мишель. Как она себя чувствует?

– Спит весь день, но лихорадка спала, – ответил мистер Миллерс, огляделся и взял бумажный пакет, в который начал накладывать разнообразные булки. Я ощутил, как рот невольно наполнился слюной.

– Можно к ней зайти?

– Подожди минутку, – мистер Миллерс вручил мне наполненный пакет. – Проверю, не спит ли она.

И быстрым шагом ушел к дальней двери, за которой скрывалась лестница на второй этаж.

– Что, нравится Мишель-то? – игриво спросила у меня немолодая женщина, которая стояла за мной. – Да не стесняйся, вокруг нее всегда много мальчишек было. Она не может не нравиться.

Я не ответил, и женщины в очереди начали обсуждать достоинства Миллерс без моего участия. А у меня в голове продолжали крутиться беспокойные мысли.

Почему так тоскливо и одиноко, когда ее нет рядом? Это какая-то сила? Приворот? Феромоны?

Я положил пакет с булками на стол. Внутри боролись два желания: сбежать отсюда как можно скорее и никогда не возвращаться – и сейчас же подняться на второй этаж и вдохнуть запах ее волос.

– Бездново дно, – прошептал я, тяжело опираясь о стойку. Потом тряхнул головой и стукнул сам себя в висок. Если бежать, то сейчас!

Но не успел. Мистер Миллерс сбежал со ступеней и жестом указал мне на внутреннюю дверь.

– Мишель как раз проснулась. Отнеси ей вот это, будь добр.

Он вытащил из духового шкафа поднос с тарелкой супа и парой кусочков хлеба.