По логике, следовало бы опереться на бортик ногами и уже не бояться соскользнуть вниз, но вначале стоило немного привыкнуть к высоте, простору и жутко интересной картине.

Гора, снег на ее вершине оказались самыми банальными, недостойными внимания. А вот склон горы, над которым наклонилась башня, поражал многообразием воронок и самой огромной дырищей, склоны которой белели свежим камнем, да черной копотью. Вокруг этой воронки и на ее склонах глаза разбегались от гор раскаленных, поблескивающих, почерневших, припыленных или матово переливающихся железных обломков. Причем разнообразие обломков могло поставить в тупик кого угодно, а не только дипломированного археолога.

Чего там только не было! Металлическая табуретка и кусок мягкого кожаного кресла. Какой-то кухонный бачок литров на двадцать и пробитая по центру жаровня. Что-то вроде матраса и обломки мебели, очень напоминающие шезлонг. Некое подобие неразорвавшейся торпеды и ствол массивной артиллерийской пушки. Танковая гусеница и вполне себе резиновое колесо от автомобиля. Причем кое-что лениво горело и уже догорало, кое-что лежало на удивление целехоньким рядом с расплавленными еще лужицами металла.

«То ли тут что-то стояло, в виде огромного жилого здания, и туда врезался метеорит; то ли сюда врезалось огромное жилое здание… – Мысли метались в голове самые полярные и сумбурные. – Хотя откуда здесь взяться зданию и почему за мной до сих пор никто не пришел? А уж тем более: как может здание свалиться на эту гору? А ведь оснований, свай или фундамента не видно! И что это значит?»

Она взглянула чуть в сторону и замерла в окончательном озарении: на земле, ближе к основанию башни, единой кучей валялось около десятка скафандров грязно-белого цвета.

Причем не пустые лежали, в их внутренностях легко угадывались вполне себе человеческие тела.

Мурашки пробежали по спине Ларисы, и она впала в некий умственный ступор.

«Да что здесь за ерунда произошла? Куда я попала? Где все остальные? Неужели все сидят в подобных башнях? Да нет, это лишь меня забросило. Но тогда получается, что никто и никогда не догадается, куда я пропала? – Слезы сами выступили на глаза, полились ручьями. – Сашенька! Спаси меня отсюда!»

Глава двадцать шестая

Больше всего Люссии нравилось, что в этом мире нет ни мух, ни мышей, ни тараканов.

Да и муравьев, которыми она тоже изрядно брезговала, пока ни одного замечено не было. Если честно, то вообще никого, кроме петухов, не видела. Но чем же тогда питаются эти пернатые хищники, которые так и норовят полакомиться человечиной? Ну не травой же или ветками деревьев!

Но грызунов не было, поэтому даже в таком месте, как казарма в толще скал, журналистка спала преспокойно. К тому же Карл ближе к полуночи таки добился своего и запустил дизель.