Да что ж это за манечка?

Наконец все было убрано! Девы, благоговеющие перед драконом, были выпущены из подвала и отправлены спать по комнатам. Воины, мастера и ремесленники пристроились где попало: на повозках, под повозками, на травке в саду, под кустами. В гостиной тоже яблоку упасть было негде. Сенвин велел дракону высыпаться в комфорте, чтобы к утру был как моргуавчик: прохладный, бодрый и румяный. Пожелав Иррандо спокойной ночи перед дверями его комнаты, мы с Сенвином пошли вниз по лестнице.

— Я в беседке устроюсь, — сказал лекарь.

 — Заодно прослежу, чтобы лямея из-под плит не вылезла на свет божий.

— А что, может? — ахнула я, вспомнив о кровавой гадости.

— Маловероятно, но исключать нельзя. Сладких снов, миледи.

Он активненько припустил по лестнице, словно седая борода вовсе не была признаком преклонных лет. А я осталась одна и внезапно поняла, что спать мне негде. Из каждого уголка доносился храп, сопение, причмокивание и веяло сонной усладой. Зависть… Я подхватила свою сумку и вышла на террасу. Села на лестницу и посмотрела на звезды.

Мерцали. Низко совсем, красиво. Луны плыли по темно-синему небосводу, и сияющие граммофончики ночных цветов тянулись за ними. Еще недели не прошло, как я здесь, а уже начинаю привыкать. Пожалуй, даже жалко будет никогда не увидеть снова такую красоту! Но ведь это не мой мир… Я здесь так… просто гостья.

Я оперлась о каменную кладку и вздохнула. Пристроить, что ли, сумку на нее и голову положить?

Вдруг с верхнего балкона замка мелькнула большая тень, хлопнули крылья, и, словно парашютист, передо мной мягко приземлился Иррандо.

— Отчего-то я знал, что ты будешь здесь…

Удивительно, но я обрадовалась. Очень сильно обрадовалась.

— Тебе же лекарь спать велел!

— Хочешь посидеть со мной?

— Давай. Звезды, глянь, какие яркие!

Дракон послушно задрал голову и замер. А я смотрела на него. После чудовищного Маркатарра он казался не таким уж громадным, как истребитель времен Второй мировой по сравнению с самым большим «боингом». Истребитель, который умеет плакать…

Тем более поражало то, с каким бесстрашием Иррандо ринулся в бой.

Меня продрал мороз по коже: страшно подумать, что было бы, если б мы с дриэррцами просчитались с «Вечеринкой». Мисс Пигги надо поставить на рифе памятник. И дракону тоже!

Иррандо отвлекся от звезд и пристроился рядом со мной, заняв приличную часть террасы.

— А знаешь, — сказала я, — ты — настоящий камикадзе.

— Кто это такой, Аня?

— Тот, кто, не задумываясь, жертвует своей жизнью, чтобы выполнить боевое задание.

— Тогда да, я — камикадзе, — кивнул дракон.

Я хлопнула по коленям.